Душа зла

Слушая Салиндро, Бролен вдруг понял, что они говорят шепотом, словно само место внушало им страх или какое-то особенное почтение.

«Это действительно склеп», – подумал он.

Они двигались дальше осторожным шагом, и доски скрипели под их ногами. В доме обитали целые колонии пауков. Бролен не помнил, чтобы он когда-либо раньше видел их так много в замкнутом пространстве. Стены были покрыты паутиной легчайшей ткани, колыхавшейся от ветра, и внутри нее быстро перемещались маленькие черные восьмилапые существа.

Вероятно, здесь их была целая сотня. От крошечных до огромных, размером с блюдце. Они бегали по своим шелковым паутинам, подстерегая добычу, как голодные хищники. Бролен почувствовал, что ему стало трудно дышать: то ли из-за висевшей во мраке сырости, то ли ощущения, будто тысячи насекомых слегка касаются его, он почти видел, как они задевают его кожу. Чем дальше он шел вперед, тем большей благодарностью проникался к мальчику, обнаружившему тело. Да, тому действительно понадобилось долбаная порция смелости, чтобы забраться в эту ужасную могилу. И даже зная, что дети не всегда столь впечатлительны, как кажутся, он не испытывал облегчения. Лишь любопытство, смешанное с завораживающим страхом, могло заставить паренька настолько углубиться в темноту.

Луч фонаря на мгновение замер, остановившись на оранжевом сгустке чего-то напоминающего лед. Продукт секреций рыжего гриба!

Казалось, все мельчайшие детали обстановки расположились вокруг них таким образом, чтобы специально создать ощущение бесконечного хаоса; запах гниющей человеческой плоти явственно бил в нос.

Пройдя мимо населенной насекомыми стены, Салиндро остановился и положил ладонь Бролену на плечо.

– Зрелище не из приятных, – предупредил он бесцветным голосом.

Луч света разрезал пыльный воздух и лег на пол прямо перед ними.

Она лежала там.

И над ней с жужжанием вились мухи.

Тонкая полоска дневного света, просачивавшаяся между двух камней в стене, падала на ее голое бедро, словно стремясь подчеркнуть бледность холодной кожи.

Несколько белых волосков виднелось на твердом мраморе ее ноги – неподвижных, застывших во времени.

Луч фонаря поднялся выше.

Совершенно обнаженная, она лежала посреди большого темного пятна на полу. Десятки мух вились вокруг отверстий ее тела, как естественного, так и искусственного происхождения, проникая внутрь на считаные мгновения, чтобы отложить там свои яйца.