Душа зла

Он собирается общаться со мной, используя любые риторические фигуры, которые наверняка хорошо знает, чтобы дать мне понять, что он – дорогой костюм, а я – пара кроссовок, увязших в дерьме!» – подумал Бролен, который все никак не мог смириться с идеей терпеть Бентли рядом на протяжении всего расследования.

– Отлично, Бентли. Я – Джошуа.

«Бентли. Откуда взялось это имя?» – Бролен внимательно разглядывал молодого человека, стоявшего напротив него. Самое большое – тридцать лет, донельзя высокомерный педант, прямиком из большого университета, как минимум магистр права.

Черные волосы с густым слоем бриллиантина напоминают металлические стержни, а двойной подбородок делает его еще смешнее. «Первый образец человека-мутанта?» – усмехнулся Бролен про себя.

– С чего же мы начнем? – спросил Бентли.

Бролену вдруг стало стыдно. Возможно, Бентли и папенькин-сынок-сверх-всякой-меры, с которым невыносимо находиться рядом, но сейчас тот попал в самую точку. Он не тратил время на какие-то отвлеченные рассуждения.

Действительно, пора было как можно скорее приниматься за расследование.

– Прежде всего, распределим обязанности среди тех, кто занимается этим делом.

Бролен подошел к телефону и, набрав номер Ллойда Митса, попросил зайти. Затем он позвонил и Салиндро.

– Лейтенант Салиндро наделен полномочиями участвовать в расследовании? – удивился Котленд.

Секунду поколебавшись, Бролен ответил совершенно искренне.

– Ларри Салиндро – безусловно, обладает большим чутьем, чем многие инспекторы с этого этажа, и его присутствие может принести нам большую пользу.

Кроме того, он знает город лучше, чем кто-либо из здешних, это тоже может нам пригодиться.

Котленд медленно кивнул в знак согласия, но Бролен не обманулся выражением его лица: тому не понравилось, что имеет место нарушение правил.

Ллойд Митс вскоре зашел в кабинет Бролена, почти сразу же к ним присоединился и Салиндро, единственный из четырех мужчин одетый в форму.

Все расположились вокруг большого стола для совещаний. Кабинет Бролена был просторным, в нем стояли стеллажи, заваленные папками, в углу находилась софа, предназначенная для тех моментов, когда приходилось оставаться здесь на ночь, стены были покрыты бумажными листками с самыми разными пометками. Своеобразный центр нервной системы, где сходились импульсы всех дел, которые вел Бролен. Его личный командный пост.