Хроника пикирующего района

В избушке этой тоже оказалась одинокая старушка, но, пожалуй, намного древнее Екатерины Алексеевны и гораздо менее приветливей – Сергей Алексеевич ей никого не напомнил из ее далекого счастливого прошлого, если, конечно, таковое имело место быть. С хмурым выражением лица, молча выслушав просьбу явно ненормального незнакомца, старая карга прошамкала беззубым ртом, указав пальцем на заросшую подорожником узкую проселочную дорогу, по змеиному извивавшуюся мимо ее домишки прямиком под своды Калинова Бора:

– Пойдешь вот по этой дороге, никуда не сворачивая, если, конечно, не боишься волков, бандикутов и «пьяных рысей».

Километров через восемь приведет она тебя к твоим Развалинам. Да только, касатик, ты до туда запросто можешь не дойти… Тебе жить, что ли надоело?! Так это же проще можно сделать, зачем до Развалин-то переться, да там и смерть тебя поджидает лютая-прелютая… Ты знаешь хоть, что за Развалины то ищешь – чьи они?!

– Чьи?! – Сергей Алексеевич, признаться, несколько опешил.

– Там давно когда-то стоял дворец. А жил в нем Полосатый Черт – Король Шершней! А сейчас там его могила и охраняют ее целые стаи шершней-убийц. Так что тебе еще, можно сказать, повезет, если тебе до туда дойти не дадут волки или бандикуты, или «пьяные рыси»! Вот так-то, касатик!

– Слушай, бабка – ты меня попусту не пугай, пуганый уже, а честно скажи – эта дорога точно до Развалин ведет?! – неожиданно разозлился Мухоргин.

– Точно – точнее некуда! Только я тебе ничего не говорила! – старуха обиженно поджала губы и хмуро насупилась.

– Да ладно, не обижайся, бабка! На вот тебе за помощь! – и Мухоргин, достав из дорожного баула две бутылки водки, протянул их старухе.

Она с жадностью схватила бутылки, заметно подобрев и даже перекрестила уходившего навстречу неизбежной жуткой гибели Мухоргина (в чем она нисколько не сомневалась) в спину.

Шел он часа полтора, сопровождаемый таинственными шорохами и криками неизвестных птиц и животных, доносившихся из глубин леса, густой зеленой стеной стоявшего вдоль узкой дороги.

А по дороге, заросшей сочными огромными листьями подорожника, неброскими лесными цветами и россыпями молодых маслят, идти было легко и приятно. Ноздри щекотали терпкие испарения сосновой смолы, перемешанные с пряными и мятными ароматами, разогретых жарким августовским солнцем, лесных трав и кустарников.