Инфериум. Ты (не) герой

 – Мы с вами уже прошли параграф 41, посвящённый первой русской революции с девятьсот пятого по девятьсот седьмой год. Произошло несколько кровопролитных восстаний, что снизило положительное отношение народа к императору Николаю второму. Хоть она увенчалась поражением с точки зрения городских жителей, низших сословий и заинтересованной буржуазии, но всё-таки им удалось добиться…Понамаренко, чего им удалось добиться?

– Э… – замешкался отвлечённый одноклассник в свитере. – Создания государственной думы?

– Это вопрос или ответ?

– Э…ответ.

– Ответ! – одобрительно кивнула головой Ирина. – Вы же парни, должны говорить громко, чётко и ясно. Как же в будущем будете мямлить? Так-с, а теперь все быстро открыли тетради и записали сегодняшнюю тему…

– А теперь закрыла рот и пошла на хрен. – хохотнула басовым голосом последняя парта.

– Крапивин, я всё прекрасно слышу! – пригрозила пальцем толстушка. – Ещё одна подобная выходка и я напишу докладную на имя директора, чтобы тебя перевели в другой класс или вовсе исключили из школы! Потом посмотрим, как ты будешь выкручиваться в этот раз, уже не получиться отвертеться.

– Да я понял, и не шумите… – расслабленно бросил ученик. – Лучше это…во, Юртина спросите! В парту смотрит и скучает без вас тут.

– Ох, ладно, хоть замолчал. – покачала головой историчка. – Лёша, кто был председателем первой государственной думы и к какой партии он относился? Вы читали дома параграф, должны были запомнить.

Поникший парень вопросительно поднял свою светлую голову, оценивая обстановку. Ещё несколько секунд он обрабатывал заданный вопрос, пытаясь вспомнить тему, которую он вообще не читал. Вспомнив прозвучавшие слова «революция» и «партия» ответ пришёл сам собой.

– Председателем был Сталин… – прозвучало сквозь воцарившуюся тишину. – А партия…Советский Союз.

– Какой Сталин?! – схватилась за голову учительница. – Какой Советский Союз?!

– Ну этот, тот самый…Иосиф Виссарионович! Разве…нет?

– Два тебе за урок, Юртин, и потом не подходи жаловаться.

– С…стойте!

Сам не понимая, что сейчас делая, юноша вскочил со стула, который отъехал назад с громким скрипом. Взгляды двадцати четырёх ровесников мигом уставились на поднявшегося, каждый выражал удивление и смех.

– Что за паника, что такое? – чуть не выронила массивный классный журнал Ирина Эдуардовна.