Планета несбывшихся снов

Джон великодушно уступил плевянину свою кровать, а сам растянулся на толстом упругом ковре, покрывавшем пол каюты, предварительно включив ночной светильник, заливший каюту мягким убаюкивающим голубоватым светом, напоминавшем свет Луны в безоблачную летнюю ночь.

Перед погружением в глубокий освежающий сон, Джон поинтересовался у Брэдли:

– А почему генерал Зумер сказал, что эти самые акклебатиане, в принципе, не могли попасть на ганикармийскую станцию?!

– Потому что акклебатиане издревле традиционно питаются ганикармийцами! – доходчиво и без особых изысков объяснил Брэдли.

 – Этот черт, просто-напросто, хотел мною поужинать! Мои родители погибли несколько лет назад в авиакатастрофе, я просто раньше не находил целесообразным сообщать тебе эту информацию. Но до позапрошлого года у меня оставался младший брат, родной брат. Он был геологом и в составе одной геологической экспедиции однажды отправился в Дикие Территории. Вся экспедиция бесследно исчезла. Я предполагаю, что их захватили в плен акклебатиане и, скорее всего, съели всех ганикармийских геологов, не исключая моего бедного брата.

Джон лишь легонько присвистнул, никак не прокомментировав объяснение зоолога.

– Акклебатиане, несмотря на реальность своего существования – обязательная составная часть ганикармийского фольклора! – добавил Брэдли к сказанному. – Без них, пожалуй, не найдется ни одной нашей сказки или легенды. Так что чувствовал я себя сегодня почти, как в страшной сказке, Джон.

– О том же самом болтали крысы! – не совсем внятно пробормотал засыпающий Гаррисон.

– В высшей степени странная и непонятная история! – не обратив вниманимя на полусонную фразу Джона, продолжал вслух рассуждать Брэдли. – Этот акклебатианин, действительно, ни при каких обстоятельствах не мог попасть на борт Орбитальной Станции. Остается одно – предательство. А хуже предательства – предание…, – кажется плевянский зоолог тоже начал засыпать, но все-таки сумел закончить задуманную фразу: – … предание о том, если акклебатианин проникнет на борт Ганикармийской Орбитальной Станции, то Станция обязательно скоро погибнет… а вслед за ней погибнет вся Ганикармия вместе с планетой Плева…, – и с этими словами он, как и Джон, провалился в глубокий сонный омут.

Джону сразу же начал сниться генерал Баклевски – злой-презлой. Чем-то неуловимо напоминавший акклебатианина и голодного серого волка – он ничего не мог членораздельно произнести от распиравшей его злости и лишь звонко щелкал зубами.