Чертова дюжина. 13 страшных историй

Многоколенчатый с громким чавканьем втягивает язык обратно и неуклюже шлепает за ней по коридору, волоча по полу свои длинные палкообразные руки. Дверь на лестницу распахивается. Он не преследует ее, а кидается в большую комнату. Его изломанный черный силуэт проскакивает мимо работающего телевизора, наследив на паркете, и исчезает в открытом окне. Ведущий ток-шоу смеется ему вслед. Звучат аплодисменты.

Даша бежит вниз и в пролете второго этажа налетает на Витю.

– Я вызвал сортирный патруль, – сообщает Витя.

Она с воем утыкается в его костлявую грудь. Он пахнет куревом. И болотом. Слезы льются из Дашиных глаз библейским ливнем, в голове еще сверкают молнии. Где гром?..

– Разъелась ты, – говорит он и хлопает ее по спине. – Хорошо, у меня руки длинные.

Дмитрий Лазарев

Фантомы

* * *

Очки, которые Ярик нацепил мне на нос, оказались ощутимо тяжелее привычных. Дужки туго обхватили голову. В правом ухе угнездилась капелька наушника.

– Ну как, Миш? Не давит?

Я провел пальцами по необычно толстой оправе и обнаружил коробочку, прицепившуюся к правой дужке.

Нашел косые отверстия микрофона, выпуклую полукруглую линзу камеры и непонятную металлическую решетку. Нащупал торчащий сзади тумблер выключателя.

– Слегка некомфортно, – признался я. – Из-за наушника. Все-таки без него лучше слышно, а это важно…

– Ничего, – успокоил брат. – Дело привычки. Скоро ты убедишься, что оно того стоит.

Руки Ярика источали привычную смесь запахов жидкого мыла, пота и сладкого мужского парфюма, который мне никогда не нравился.

Он пару минут колдовал с прибором на очках, шумно дыша над самым ухом, потом щелкнул тумблером – и наушник ожил.

– Загрузка системы. Активация модулей, – прошелестел приятный женский голос, который я мгновенно узнал.

– Это что, Нина?

– А то, – довольно отозвался Ярик. – Шестьдесят часов у микрофона, два гига записей. Потом голос придется синтезировать, ради экономии памяти.

С расширением базы понадобится большой объем и лицензия на использование синтезатора речи, так что пока работаем, с чем можем. Впрочем, это не главное. Я дал программе ее имя.

– Как романтично, – фыркнул я.

– В любви и на войне все средства хороши…

Я знал, что он улыбается, – со временем это начинаешь определять по голосу.

– Главное, чтобы она работала, Ромео.

Он шаркнул стулом по полу.

– Координаты действуют по принципу часов.