Временные трудности 2

Наверняка там были и шпионы, и заговорщики, и какие-нибудь вредители-троцкисты… Но сколько их там было то? А остальные? А жёны их и дети? Они бы сейчас тоже не помешали, там в окопах на передовой, или на эвакуированных предприятиях в тылу. Я, конечно, не вправе давать вам советы, но ведь можно их было как-то использовать на благо страны.

Но вот чего я совсем не понимаю, так это того, как можно уморить голодом сотню тысяч человек, а потом бросить войска для подавления восставших обезумевших от всего этого людей.

Они же детей своих ели! Попробуйте себя на их место поставить. Да неужели без этого никак нельзя было обойтись? Разве пара мешков зерна ценнее жизней целой семьи? Они ведь не враги были, а граждане нашей страны. Зачем вы так с людьми поступаете?

Егор снова перевел дух, и его взгляд упал на Юлю. Она сидела абсолютно неподвижно с мертвенно-бледным лицом и не отрываясь смотрела на Сталина.

Сталин же внешне вообще никак не отреагировал на этот импульсивный монолог.

Он продолжал пристально смотреть на Егора своим холодным тяжелым взглядом, сверля его желтыми тигриными глазами. Наконец сказал:

– Я не буду вам ничего объяснять, а тем более оправдываться. Это не в привычках товарища Сталина. Могу лишь посоветовать Вам, товарищ Иванов, быть более осмотрительным и не задавать впредь товарищу Сталину подобных вопросов.

– Слушаюсь, товарищ Сталин, – Егор вскочил, но, повинуясь небрежному жесту, снова опустился в кресло.

– Хотя, справедливости ради, надо признать, что над некоторыми вашими словами стоит подумать… – произнес вождь и, достав из лежащей на столе пачки папиросу, принялся набивать свою трубку, – Я не совсем понял насчет генофонда, наверное, какой-то ваш новый термин.

Ну ладно, это пока оставим.

Вождь примял пальцем табак и прикурил от спички Власика. Сделав пару длинных затяжек, он окутался кубами густого дыма и посмотрел на Юлю.

– Ваша информация, безусловно, очень интересная, но я надеюсь, что теперь до этого не дойдёт.

Изложите всё, что посчитаете важным, в спокойной обстановке, не торопясь и без эмоций, – он взглянул на Егора и усмехнулся, – Уделите особое внимание экономическим предпосылкам, внутренней и внешней политике.

– Слушаюсь, – ответили они в один голос.

– Может быть, у вас есть ещё вопросы к товарищу Сталину? Задавайте, – Сталин вновь взглянул на Егора, но тому уже было не до вопросов. Подала голос Юля.