Собачьи похороны

СОБАЧЬИ ПОХОРОНЫ

Собачьи похороны

Примерно за два месяца до ниже описываемых событий в одну из ночей полнолуния мне приснилось странно выглядевшее жуткое чудовище, у которого было человеческое туловище и собачья голова. Дело происходило в каком-то громадном дворце – не дворце. В ярко освещенном факелами зале собакоголовое чудовище сидело на троне и что-то повелительно мне гавкало, а я почтительно внимал его гавканью, беспрестанно согласно кивая головой и боясь поднять глаза, чтобы не встретиться с яростным взглядом бешеного пса.

Я проснулся в холодном поту и очень долго не мог потом прийти в себя. Как ни странно, но в тот же день мне позвонил мой старый друг еще с университетских времен, Паша Шелупанов и спросил – нет ли среди моих знакомых хорошего ветеринара. А зачем именно – не сказал. Затем, после того, как я дал отрицательный ответ, он перевел разговор на какие-то не значащие пустяки и вскоре наш разговор закончился сам собой, без каких-либо взаимных потуг вежливо и плавно оборвать его, как подобает воспитанным людям. Помню, что когда я положил трубку, то невольно пожал плечами.

Дней через десять однажды поздно вечером мне позвонила жена Паши Лика и сквозь слезы спросила – нет ли среди моих знакомых хорошего ветеринара. Я, признаться, слегка был удивлен заданному вопросу, и ответил Лике, что есть среди моих знакомых одна ветеринарша, специалист по заболеваниям крупного рогатого скота, но так как, насколько мне известно, у Паши и Лики дома живет собака, а не корова, то ветеринарша эта не может представлять для них никакого интереса, и дальше я корректно полюбопытствовал: почему не звонит сам Паша, который дней десять назад уже задавал мне тот же самый вопрос? Лика сказала, что Паша болен и что у них вскоре намечается какая-то большая-большая беда, в которой им никто не в силах помочь.

На мой немедленный, естественно прозвучавший вопрос – какого рода с ними приключится беда, Лика ничего не смогла мне ответить, залившись слезами и, бросив трубку.

А ночью, наступившей непосредственно после более чем странного разговора с Ликой, мне опять приснилось то же самое собакоголовое чудовище, повелительно гавкавшее на меня в тронном зале какого-то дворца. И я снова проснулся в холодном поту, проклиная жизнь за то, что даже во сне я не могу познакомиться с юной прекрасной девушкой, немедленно бы в меня влюбившейся.