Стеклянная любовь. Книга вторая

 – По-моему, пьяные уже пришли! На факультетскую комиссию, то есть на меня и Викторова – ноль внимания! Пили тут голую водку, почти ничем не закусывали, нецензурно бранились, приставали к честным и чистым девушкам с грязными намеками и непристойными предложениями!…

– Слушай – ну а в меня-то ты что вцепился, как клещ в собаку – я же не пьяный пришел!

– Ну, ты-то ладно – ты, действительно, не пьяный. Здесь я, конечно, не прав, так что, ну это – в порядке самокритики ты меня извини, Богатуров.

Нервы, понимаешь, ни к черту! Последнее время, даже на охоте почти все время мажу (Володя являлся азартным охотником) – на прошлое воскресенье в двадцатикилограммового барсука промазал с тридцати шагов – можешь себе представить?! А тут еще эти: Малышев и компания! Что они тут вытворяли, ты бы только видел! Философы еще называются!

– Так их что, правда – всех «менты» повязали?!

– Да нет – никого не повязали, просто вывели. Малышев больше всех тут выеб… ся, если на улице он там что-нибудь кому-нибудь…, то его тогда точно могли «повязать»!

– Вот поросята! – беззлобно выругался Богатуров.

 – Так вот и договаривайся в следующий раз! Вообще никого не осталось?

– Ну, сказал же – никого!

– А сколько их всего было?

– Да человек, наверное, пятнадцать было.

– А кто именно?

– Ну, кто-кто – Малышев, разумеется. Сашка Фарагубов, Олег Задира, Сережка Лузгин, Вовка Бухнуренко, Заика, ну и остальные…, сам, в общем, я думаю, знаешь – кто там еще мог быть.

– Ну ладно, спасибо и на этом! – рассеянно произнес Слава, озадаченно почесав «пятерней» в затылке. – Теперь и не знаю, что мне дальше делать?!

– Ну, здесь извини! – Хомяков развел руками. – К нам за столик я пригласить тебя не могу…

– Я бы, Володя, за ваш столик и под страхом смерти не сел! Пойду, поищу свободное местечко – подальше от вас. Не бойся – сильно напиваться не буду! – Славой вновь начало овладевать новогоднее настроение, и он бесшабашно подмигнул старосте: – Ты, Володя сильно-то ребят не «вкладывай» – Новый же Год все-таки!

– Ладно – не вложу… – неожиданно легко согласился Хомяков, безвольно опустив руки вдоль туловища и как-то чересчур рассеянно, почти виновато оглянулся на служебный столик.

 – Степан не видит ни черта, так что его бояться нечего. Придумаю что-нибудь. Только ты все же не напивайся сильно – не подводи меня! – и он протянул Славе руку.