Черный коршун

– Но Ваше Величество, – Дэдмор попытался переломить ситуацию и взять управление на себя. – А как мы будем возмещать расходы? Все же беженцев, которых вы предлагаете принимать, нужно кормить, одевать… Им требуются дома, больницы…

– После победы, – император обвел сановников холодным взглядом и усмехнулся, – мы компенсируем расходы трофеями. Герцогство Гурнис весьма богато. Нам будет чем наградить тех, кто внес наибольший вклад.

– После победы? – канцлер постарался вложить в этот вопрос всю иронию, на какую был способен.

– Другого выхода нет, – отрезал император. – Мы обязаны победить.

С этими словами он развернулся и пошел к выходу. Дамы, шурша пышными платьями, как привязанные, последовали за ним.

Когда дверь за монаршей четой закрылась, члены совета некоторое время пребывали в прострации. Потом Леккур вскочил и в бешенстве заорал:

– Что вы натворили, Дэдмор? – он затопал ногами. – Одна баба доводила нас до изжоги, а теперь их две! Две, Дэдмор! И как спелись! Они нас сожрут!

Глава 9.

Были сборы недолги…

Вот уже два месяца, с того самого злосчастного инцидента на коронации, Зигфрид жил, как во сне. Регнор был в бешенстве от его проступка и, судя по всему, прощать не собирался.

А ведь если рассудить по справедливости, то никакой вины на оруженосце императора не числилось. Ну да, он, как и все придворные, присутствовал на площади, где предстояла торжественная церемония.

Скучал, потому как оруженосцу там делать было нечего, а уйти нельзя. Ну облокотился на какую-то штуку… Кто же знал, что она держит стопор? Человеку, обученному исключительно воинскому ремеслу, подобная механика была глубоко не понятна. И вот результат: чуть нажал, что-то щелкнуло, шкив начал вращаться, противовес пополз вниз, и занавес открылся. Случайно! Любому же ясно, что вины Зигфрида в этом нет.

А император в гневе.

Друзья советовали перевестись в какой-нибудь дальний полк, расквартированный на границе, но оруженосец медлил, надеясь неизвестно на что.

И, похоже, зря.

Сегодня, сразу после полудня, к его дому подъехала карета, из которой горохом посыпались солдаты в форме боевиков Тайной канцелярии.

Десять человек! Сопротивляться бесполезно. Да и не стал бы Зигфрид сопротивляться. Если император принял такое решение, то будь что будет. Все равно это не жизнь.