Куликово поле

А все те чудеса, что происходили?

– Случайность…

– А последнее? Явление тебе Богоматери? И её обещание оберегать монастырь?

– Могло присниться.

– Но ты ранее говорил обратное!

– Тогда бы Митяй обитель разорил.

– Значит, ты слукавил?

– Вот потому и не достоин быть митрополитом.

Такого Дмитрий не ожидал. На миг ему показалось, что слова Сергия, подобно мечу, пронзили его сердце. Даже больно стало. Да, старец мудр. И свят. Хоть и отрицает этого, но это очевидно. Без сил Дмитрий опустился на скамейку за стол, напротив Сергия.

– Не будет Киприан митрополитом.

– Но почему?

– Я же сказал. Это же очевидно. Ты что, не понимаешь?

Сергий посмотрел в глаза Великого князя. Смотрел долго, как будто хотел что-то прочесть в его душе. Дмитрию показалось, что прошла целая вечность, хотя объективно прошло не более десяти секунд. Старец не спеша опустил свои глаза на стол, взял кружку, и поставил её между собой и князем.

– Ты что видишь?

– Кружку.

– А какая она? – и Сергий провёл своей ладонью по кружке со стороны Дмитрия.

– Обычная простая деревянная кружка. Гладкая.

– Гладкая?

– Да.

– Точно?

– Точно.

Сергий развернул кружку и указал на ручку.

– А вот мне кажется, что она не гладкая. Тут есть ручка. Вот видишь, Дмитрий. Кружка одна. Мы с тобой два нормальных взрослых человека, сидим в шаге друг от друга, за одним столом, смотрим на одну и туже кружку, но видим разное. Ты видишь гладкий бок. А я – бок с ручкой. Ты с пеной у рта будешь мне доказывать, что кружка гладкая.

А я – что у кружки есть ручка. Кто из нас прав? Оба. Потому, что ты видишь, что кружка гладкая, а я вижу, что у неё есть ручка. Кто не прав? Оба. Потому, что тебе не видно, что с моей стороны, а мне не видно, что с твоей. И это несмотря на то, что, повторюсь, мы сидим за одним столом, в шаге друг от друга!

Князь усмехнулся. Сергий оторвал взгляд от кружки и вновь посмотрел Дмитрию в глаза.

– Киприан законный митрополит Руси. Объясни, почему ты противишься воли церкви?

Дмитрий поднял глаза на Сергия.

– Я не иду против церкви. Против людей, что стоят во главе церкви – да, но не против церкви! Для абсолютного большинства людей священники и церковь – это одно и тоже. Но митрополит Алексей научил меня отличать одно от другого, и ты не смешивай эти два понятия. Церковь это святое. Идти против святого есть безрассудство и глупость. Но церковные люди – это люди. Такие же, как и все остальные. Со своими страстями, грехами.