Старатели Сахары

Зайдя в купе вагона и никого там не обнаружив, Леопольд Гульнарович неспешно уложил вещи, в блаженном предвкушении тихого и беззаботного путешествия достал из котомки пирожок и, непременно намереваясь его откусить, открыл рот.

Неожиданно в дверь купе Леопольда Гульнаровича раздался интенсивно-настойчивый и громкий стук с криками, очень напоминавшими крики о помощи.

– Открывай моя! Я пришла к твоя! Чайника, конфета, наклейка, табурета! Всё отдам твоя! Много денег давай моя! – услышал Леопольд Гульнарович звучный голос за своей дверью.

Дверь была не заперта, и поэтому внезапно раскрылась. По ту сторону её на Леопольда Гульнаровича, замершего с открытым ртом и всё ещё собиравшегося вкусить пирожка, смотрел невысокого роста китаец в тюбетейке, с длинной козьей бородкой и в чёрном, расшитом жёлтыми драконами халате.

– Ты кто?! – отложив пирожок, изумлённо спросил Леопольд Гульнарович.

– Я твоя китайская друга! Которую твоя ждала! – невозмутимо ответил китаец с козьей бородкой на ломанном русском языке.

– Какая-такая друга, которую моя ждала? А ну-ка поясни! – начиная приходить в себя и наливая себе в армейскую кружку, как обычно, до краёв успокоительного, решил уточнить Леопольд Гульнарович.

Воспользовавшись моментом, пронырливый китаец, следуя вышеупомянутым древнекитайским принципам ведения торговли, быстро втащил огромные сумки и здоровенных размеров коробку, перемотанную скотчем. Спустя секунду он уже стоял вплотную перед Леопольдом Гульнаровичем, внимательно заглядывая ему в глаза и со словами «Китайский кроссовка хорошо!», тыкал ему в нос изношенным кедом.

– Исчезни, нечисть! – попытался отогнать китайца Леопольд Гульнарович, но тут, к его удивлению, недавно налитая кружка успокоительного каким-то непонятным образом со словами «Ган Бэй!» вдруг исчезла во рту китайца.

– Так ты что, и впрямь из Шаолиня?! – удивлённо спросил Леопольд Гульнарович, поражаясь проворности китайца и повторно наливая себе успокоительного.

– Моя Шаолинь, а твоя кроссовка покупай! – произнёс китаец, суя в руки Леопольда Гульнаровича уже наспех упакованные в целлофановый пакет и перемотанные скотчем кеды.

Отмахиваясь от ветхих кед, усыпанных наклейками «Made in China», Леопольд Гульнарович вдруг вспомнил, что китайский музыкальный термос с драконами мог бы стать неплохим подарком для будущего руководства.

– Давай моя термос с драконами! – роясь у китайца в сумке, произнёс он.

– А! Чайника! – показывая термос, протяжно произнёс китаец.