Арский. Доктор без имени. Книга первая

Кажется, голос в моей голове звучал и диктовал какие-то свои мысли, словно вспышками непонимания оглушая меня на секунду и впрыскивая в сознание идеи и слова. Попытался защититься от такого вторжения, насколько это возможно, применяя уроки Шелковика.

Настроившись и вспомнив состояние уходящего времени, я попытался вернуться на несколько секунд тому ранее своим телом, в то прежнее состояние, сконцентрировавшись на одном ощущении. Отправной точкой, в которую я возвращался телом и мыслями, было ощущение спокойствия, бесконечно растянутого во времени.

Это ощущение, которое существовало независимо от обстоятельств и действий во времени, к которому я мог обратиться и воспользоваться этим состоянием, когда могу, где бы я ни находился. Удерживая это состояние спокойствия, я не позволял мыслям и идеям менять его. Слова, звучавшие в голове, сменяли настроение в хаотичном порядке. Подобно краскам, меняя свое настроение от одного цвета к другому, я понимал, что происходит и всячески пытался вернуться в то одно состояние своим телом и ощущениями.

В какой-то момент после небольшой борьбы я визуализировал черный шар и смотрел на него в своем воображении сколько мог, пока он не начал растворяться. Восстанавливая его в воображении, попытался по рекомендациям Шелковика втянуть его сначала в зрачок и после поместить мысленно в центр головы и там его держать, выполняя три действия, которым меня обучил Шелковик. В какой-то промежуток времени я смог почувствовать небольшую встряску тела.

По нему проходила странная дрожь, начиная с затылка и поднимаясь к кончикам волос на голове.

После я вновь вернулся в нормальное состояние. Голос в голове больше не беспокоил меня. Я следил за ним, в то время как, возможно, следили за мной существа темного мира через шар мыслей, нашептывая в глас свои слова с целью одной им известной. Пребывая в недоумении насчет происходящего, я вспомнил, как Шелковик мне говорил, что эти существа за столетия экспериментов над человеческим сознанием практически не встречали сопротивления со стороны наблюдаемого, и что я выгляжу для них подобно бриллианту на фоне других камней.

Имел ли он в виду метафору, сравнивая камни с людьми – я только догадывался.

Так или иначе, меня беспокоила мысль о том, что меня, вероятно, ждет игра от этих существ на другом уровне. Я не хотел с ними играть в их игры, потому что это мне не нужно. Достаточно того, что я понимаю судьбу.