Пират. Океанский странник

Африканцы, которые были призваны символизировать в фильме «единство американского народа», что-то не поделили в баре с Андреем. Эл не видел из-за чего возникла ссора. Он, как и остальные в питейном заведении, обратил внимание на происходящее только после того, как пятеро негров, смешно выговаривая по-русски матерные оскорбления, подступили к Андрею вплотную. Артема в тот момент в баре не было, и потому положение Андрея, оставшегося в одиночку против пятерых, завидным не казалось. Между тем, он спокойно и жестко смотрел на противников и не собирался идти на попятную с помощью извинений или смягчающих ситуацию слов.

Заинтригованная возможностью увидеть дармовое зрелище толпа не вмешивалась и плотным кольцом обступила место предстоящей драки. Ибо ни у кого уже не осталось сомнения – драки не избежать. В ту секунду, когда бывший лидером в компании чернокожих, собрался перейти от нецензурных оскорблений к более решительным действиям, в зале появился Артем. Его никто не замечал, пока массивная табуретка с громким терском не опустилась на спину одного из негров, а их неформальный лидер не был крепко схвачен за волосы. К его горлу Артем приставил отточенный столовый нож.

– Брысь отсюда, черти!

– Что происходит?! – Расталкивая зрителей, к месту происшествия прорвался комендант в сопровождении троих омоновцев. Вероятно, кто-то особенно сердобольный или законопослушный все же доложил ему об инциденте. – Что происходит?! Друзья мои, расступитесь, да расступитесь же!

Освободившийся от цепкого захвата негр вытаращил глаза и истерично затараторил, путая слова так, что вызвал улыбки даже у милиционеров:

– Белая убивать меня, белая ножик ууу-ууу!! – Он несколько раз красноречиво провел пальцем по собственному горлу.

– Это правда?

Артем стоял рядом с Андреем, хмуро глядел на коменданта и продолжал молчать.

– Ну, ладно, ребята. Не пейте много, – примирительно изрек администратор. Он был добродушным молодым парнем, постоянно находившимся в легком подпитии.

Похоже, ему было не выгодно раздувать из случившегося шумиху, и он спустил дело на тормозах.

Когда на следующий день Эл подошел к Артему с вопросом: «Почему ты не сказал, как все было на самом деле, ведь с тобой могли разорвать контракт?», тот ответил:

– Ненавижу ментов. Даже киношных…

Четвертым человеком, кого Эл посвятил в свой план, был Гинтарас Лауринчукас. Двухметровый литовец, он приехал в Питер в середине девяностых искать свое счастье.