Проводник в ад

То тут, то там виднелись следы животных, сугробы поднимались на несколько метров, деревья царапали вершинами небосвод. Здорово пахло соснами и шишками, где-то неподалеку стучал дятел, по широкой ветке прошмыгнула доверчивая белка. На пути то и дело встречались огромные валуны и поваленные стволы старинных великанов, количество годичных колец у которых исчислялось многими сотнями.

И все же, несмотря на всю дикость пейзажа, здесь явно чувствовалось присутствие человека. Взять хоть вот эту тропку, петляющую между камнями и деревьями.

Кто-то ведь ее проложил и регулярно обновлял, чтобы снег не завалил проход окончательно. Ханс тяжело вздохнул. Кто-то… Известно кто, а иначе он бы сюда ни в жизнь не поперся!

С непривычки карабкаться вверх оказалось сложно, мучила одышка, да и ноги напоминали о своей слабости неприятным гудением. Немного отдышавшись, Краузе с обреченным видом продолжил восхождение.

Наконец, преодолев очередной крутой склон, он выбрался на небольшое плоскогорье.

С дальнего края долина обрывалась отвесным ущельем, с двух сторон к ней подступал лес, а последнее направление защищали горы, поднимавшиеся к облакам.

Ханс невольно огляделся, оценивая красоту скалистого пейзажа. Свежий ветерок бросил в лицо горсть снега, пахнуло разведенным огнем, дознаватель остановил взгляд на крепкой бревенчатой избушке, примостившейся аккурат по центру плато. Окна мерцали льдом, из трубы отвесно поднимался дымок, рядом со стеной расположилась полная поленница, в толстенном чурбаке торчал небрежно воткнутый колун.

Краузе медленно подошел, прислушиваясь, но в доме стояла глубокая тишина. Только из леса доносилось щебетание птиц, да где-то вдалеке журчал ручей.

Дознаватель громко постучал, но ответа не последовало. Он повторил стук – с тем же результатом. Дернул ручку – деревянная дверь плавно отошла в сторону. Секунду Краузе размышлял, обдумывая варианты.

– Ну, раз тут не заперто, – громко проговорил он, как будто не для себя, а для чужих ушей, – То почему бы и не зайти?

Неуклюже протиснулся внутрь крохотной прихожей, заснеженный тулуп и сапоги примостились у стены, из внутренностей дома пахнуло приятным теплом.

Ханс вошел в комнату, взгляд пробежался по уютному убранству. Дознаватель подобрался к камину, озябшие руки протянулись к спасительному огню.

Отчетливо щелкнул взведенный курок, Краузе шестым чувством ощутил дуло пулевика у собственной головы.