Восставший

Грянул взрыв, эхо несколько раз повторило грохот складывающихся камней, на месте выхода осталась лишь высокая баррикада, прохода больше не существовало.

Стая заметалась, в панике ища путь к вызволению. Мощный рык, раздавшийся совсем рядом, подсказал тварям откуда нужно убегать. Ханс видел улепетывающую толпу карликов и свирепого волка, неторопливо трусившего следом. Волосы на голове дознавателя невольно шевельнулись: в такие моменты он и сам побаивался оборотня, хотя точно знал, что Вольф отлично себя контролирует.

Еще один взрыв прогремел неподалеку, отрезая троглодитов от выхода на широченный пустырь. Теперь у тварей осталась лишь одна дорога: по тесной улочке, где едва могли бы разъехаться два мехмобиля. Громогласно завывая дурным голосом, стая, состоявшая из полусотни уродцев, бросилась в тесный закуток.

Стиснутая с обеих сторон высокими домами, дорога не могла вместить стаю целиком. Толпа колыхалась, твари наступали друг другу на пятки, стараясь побыстрей выбраться в первые ряды.

Передние бежали, как скаковые лошади, опустившись на четвереньки; задние поджимали, подгоняемые преследователем; ну а в середине толпы творился сущий кавардак: троглодиты мчались едва ли не по головам товарищей.

Беглецы неслись на всех парах, до спасительного перекрестка оставалось не больше пары десятков шагов, когда дорогу стае преградил одинокий силуэт. Толпа радостно и недоуменно взвыла, потому что засада представляла из себя не могучего воина или охотника: на пути троглодитов напряженно застыла маленькая девочка.

Невысокая, по-детски хрупкая и стройная, она стояла, подняв перед собой миниатюрные ладошки, в позиции, чем-то напоминающей боксерскую стойку. Растрепанные темные волосы, уложенные в подобие длинного каре, падали на лоб; алые губы сжались в тонкую дугу; в голубых глазах не проскользнуло и тени страха. Однотонное темное платье, украшенное ярким орнаментом, свободно колыхалось на тощем теле; из-под него торчали худые щиколотки, утопавшие в ботинках на шнуровке военного образца.

Анжела Сенна подняла руки чуть выше, разворачивая ладони в сторону приближающихся врагов. Она глубоко вздохнула, прогоняя прочь беспокойство. На удивление, девочка не чувствовала никакого страха, лишь предвкушение скорой схватки приятно горячило кровь. Она закусила губу, готовясь ударить.

Краузе смотрел на развернувшуюся картину с замиранием сердца, будто это его ребенок вышел один на один с дикой безумной загнанной толпой троглодитов.