Восставший

Рихтер спокойно прошел мимо, удивляясь царящей вокруг суете.

Он никуда не торопился настолько, чтобы бежать, а из багажа у мужчины имелась лишь давешняя, наполовину пустая торба, что он нес в руках. Рихтер пробрался сквозь толпу, как ледокол между льдин, аккуратно отстраняя препятствующих в стороны.

Выбравшись из столпотворения, мужчина ненадолго остановился, переводя дух. Перед ним раскинулся громадный холл, где беспорядочно сновали обыватели. Справа гудели очереди у регистрационных стоек, слева дразнил запахами уютный кафетерий.

Нергал вздохнул, предаваясь навалившимся воспоминаниям.

«Десять лет! – мелькнуло в голове, – Десять долгих лет я не был в столице. Ну, здравствуй, Берлин!»

Сколько всего он пережил в этом городе! И хорошего, и плохого, и такого, что и не поймешь, куда отнести. Он любил и сражался, убивал и дружил, тосковал и радовался. И все это где-то здесь – на улицах уютного родного мегаполиса.

Повинуясь неожиданно нахлынувшим эмоциям, кровь ударила в голову. Рихтер пошатнулся, стараясь унять временную слабость.

Вот уж не ожидал, что так расчувствуется… Пришлось даже облокотиться на колонну, чтобы устоять на ватных расслабившихся ногах…

Анжела обводила жидкую толпу невидящим взглядом, пока глаза не зацепились за странного господина. Высокий, статный мужчина со смуглой кожей, в слегка старомодном наряде. Девочка не могла бы сказать, что привлекло ее внимание, но этот тип явно выделялся среди других прохожих.

В нем была некоторая хищность, угрожающая плавность движений.

И в то же время чувствовалась грозная сила, скрытая под тщательно подогнанным костюмом. В руках незнакомец держал нелепую торбу, на лице не высветилось ни тени эмоций, глаза смотрели куда-то в даль.

Мужчина остановился возле кафетерия, задумчиво прищурился и вдруг пошатнулся. Смуглое лицо побледнело, рука ухватилась за каменную колонну, ища дополнительную точку опоры.

Юная чародейка подскочила на стуле. Сделалось неуютно и страшно, но девочка пересилила себя.

Как никогда вовремя вспомнились слова Ханса: «Мы противостоим Тьме! Несмотря ни на что!»

А этому господину явно требовалась помощь! И кто же среди равнодушной толпы может ее оказать? Только она – внештатная заклинательница вундертим, Анжела Сенна!

Машинально растирая ладошки, девочка шагнула к незнакомцу.

Рихтер всерьез подумывал, не присесть ли ему на пол, когда на запястье, заставив вздрогнуть, опустилась холодная детская ладошка.