Два нашествия

Но, увы, я ей уже ничем помочь не мог. Перевел свой взгляд от несчастной в сторону ВДНХ. Народа заметно прибавилось. Но зеркало марсиан продолжало непрерывно вращаться над ямой. Было около восьми вечера, когда взошла луна, и на сумеречном небе вперемежку с дымом стали проступать звезды с крупной красной звездой на востоке.

Марсиане неожиданно включили свое оружие также молниеносно, как и в первый раз. Яркий луч скользнул по коленчатой мачте, и вновь стали гореть люди и сразу раздались два взрыва подряд, в воздух взлетели почти одновременно машина и мотоцикл с горящими в них людьми.

Тепловой луч уничтожал все на своем пути. Взрывались машины, лопались прожектора, падая прямо на разбегающихся в разные стороны людей. Все вокруг лишилось освещения. Дорогу на окраине ВДНХ освещали только пылающие автомобили и люди, падающие на землю и догорающие как угли. В этом огненном аду мелькали черные тени спасающихся людей. Оставшиеся в живых запрыгивали в еще целые автомобили и спасались, не разбирая фургон это или легковая машина. Я видел как одна облепленная народом машина, проезжая между озерами, сначала окуталась плотным паром, а потом с грохотом провалилась вместе с мостом. И в следующий момент я услышал, как она взорвалась. Взрывной волной подняло всю грязь и куски бетонного моста, с которым она провалилась. Все это произошло на глазах остальных спасающихся людей.

Тепловой луч добрался до машины «Госкино», раздался взрыв. Машина подпрыгнула на месте и загорелась сине-зеленым пламенем, буквально тая на глазах, как мороженое на солнце.

Слышалось, как где-то вдали рушится здание павильона. Я ужаснулся дальности действия марсианского луча. Я не мог видеть всего, что происходило уже на территории ВДНХ из-за того, что был ослеплен ближайшими пожарищами. Оператор, снимавший с дерева, вдруг вскрикнул. И я точно очнулся от какого-то жуткого сна, и увидел как дерево, на котором он находился, падает прямо на меня. Я даже опомниться не успел, как был сбит ветвями с ног и буквально погребен под деревом. Придя в себя, я увидел лежащего без признаков жизни оператора, все еще сжимающего в руке телевизионную камеру. Что меня заставило поступить именно так, сам не знаю. Но я подполз к нему, взял камеру, которая, судя по звуку, все еще работала, и выбрался из-под дерева. Поставив ее на валун, направил в сторону ямы. И в следующий момент раздалось шипение, сверху на меня посыпались горящие листья, а за ними и горящие ветки деревьев.