Аватарка Дикобраза

 – Что, с ними проблем было мало поодиночке, чтобы их кучей собирать?

– Не наше дело, – устало проговорил отец, не поворачивая головы. – Если меня спрашивать, то я против, но правительства решили так. Возможно, их всех привезли сюда потому, что Блазар находится в нестабильном секторе, и при случае можно всю систему легко отправить в сторону черной дыры, откуда им будет не выбраться….

Он не стал добавлять, что в черную дыру «при случае» отправятся не только аны, но и люди, это было и так понятно, хоть и жутко.

– … а возможно, наша планета не единственная такая в обитаемой галактике.

Кто знает? Не я.

Он еще раз, в который уже за этот разговор, вздохнул.

– Была бы жива мама….

– Причем тут мама? – окрысился Сашка.

Мамы нет, ее уже давно нет. И никто не может ее заменить. А он уже взрослый. Сам понимает, что к чему. Вот только почему так больно смотреть на устало опершегося о стол отца.

– Притом, – отец закрыл лицо руками, и Сашке стало тошно. – Притом, что она бы тебе смогла объяснить.

Смогла бы понять, что у тебя в голове творится…. А я…. Что я? Я тебе объяснить даже не могу, что без защиты и экранированного уникомпа к поясу приближаться нельзя и близко. Они же самоорганизовывающиеся….

– Почему без защиты? – вскинулся Сашка. – У меня была защита.

– Какая? – горько поинтересовался отец.

– Щит, третий, – бодро начал Сашка и тут же осекся. Отец прав. И как ему могло прийти в голову, что «Инфощит, версия 3010» это просто мощный (может, даже лучший на сегодняшний день) антивирус, а никакой не блокатор баз данных?

– Я не только плохой отец, я еще и учитель никудышный, – сидящий за столом усталый человек сгорбился еще больше.

 – Не смочь объяснить, что нельзя соваться к существам, обученным прорывать планетарную информационную оборону, имея всего лишь мощный антивирус, это провал.

Сашка замер. По спине пробежал недобрый холодок. Вспомнился тот странный вирус, от которого не осталось и следа. Отец продолжал неподвижно сидеть, сгорбившись и закрыв лицо руками.

После смерти матери он так сидел часто. Слишком часто. Сашка привык. Они и на Блазар перебрались, чтобы работать как можно больше. И огромные деньги, предлагавшиеся за работу на карантинной планете, были всего лишь внешним поводом, позволявшим отцу утешать себя, и дававшие хоть какое-то обоснование его погруженности в работу. Видеть это было больно. Почти так же больно, как вспоминать о маме.

«Вирус», напомнил себе Сашка.

Встал выбор: говорить или нет.