Переговорный процесс

Х-ха…

Утренний свет заливал просторный, обрамленный стеклом кабинет исполнительного. Но благодаря фильтрам он не резал глаза, а почти ласкал взгляд, создавая уютное ощущение тихого приятного утра. Где-то далеко внизу шуршали двигателями боты, просыпался умытый ночным дождем город, ходили люди. А здесь, наверху, в удобных креслах сидели пять человек, и Степан Донкат должен был с ходу определиться, кто из них есть кто.

Так, поехали. Центральная фигура: немолодой, немного грузный мужчина с сильной проседью. Странный типаж во времена кудесников от медицины.

И одежда странная. Хотя нет, ничего странного. Как раз для него. Костюм с рубашкой и галстуком. Из ткани. Невероятно непрактичная вещь, требующая постоянного ухода. Невероятно дорогая в эпоху синтетических тканей с более чем различными характеристиками. Очень точно подчеркивающая статус сидящего. Хотя ему и подчеркивать ничего не надо. Несколько движений, взгляд, и все ясно. Федерал. Руководитель. И не из последних. За его спиной отчетливо проступают три кита, на которых держится власть широко раскинувшейся галактической империи, какое бы название она ни носила. Линии межгалактической связи, крейсеры штурмфлота и станции преобразования звездной энергии. Нейроны, мышцы и кровь человечества. Тут все ясно. Ни отнять, ни прибавить. Дальше.

Его спутник.

Даже смотреть неинтересно. Холуй. Какие бы костюмы ни носил, сколько бы денег ни имел, что бы ни говорил. Не первый. И не будет, судя по всему. Взгляд не тот. Дальше.

Собственно исполнительный директор филиала «ВМН» восьмого про-слоя, Анатолий Васильевич Засятин.

Формально – второе лицо бурно развивающегося филиала. По сути первое. Когда открывали филиал, восьмой русский слой галактического рукава Ориона был крайним, неактивным и не особо перспективным. Земные империи рвались прочь из Ориона, где во все стороны уже было далеко бежать за новыми мирами. В глазах мировых лидеров мелькали рукава Стрельца и Персея, и ощетинившиеся орудиями штурмфлоты уже нарезали толстенные слои звездного пирога, деля будущие владения. Но тут вышел облом. Оказалось, что межрукавные путешествия – это одно по деньгам, а связь и единая система энергоснабжения – совершенно другое. И восьмой пограничный слой резко стал интересен опять. А тут Григорий Иванович Тихонов сидит, до пенсии дотягивает. И убрать его никак – дальний родственник кого-то из совета директоров. А работать надо. Вот Засятин и прибыл. Опыт нарабатывать, филиал поднимать, к повышению готовиться.