Служба распределения

– (Девушка, картинно-жеманно) А может… пусть сам посмотрит?

– (Лерой, точно так же) Тамаммм, пусть смотрит.

Они остановились и дали понять, что я могу идти. Пока. Резко отдернул руку. Мой рукав остался при мне.

Я бы побежал, но это было бы неприлично и трусливо. Я максимально быстрым шагом, не переходящим в бег, гордо пошагал куда-то прочь. И опять увидел за спинами прохожих Герду. Путеводная моя звезда! Кто еще может теплым светом вести меня сквозь эту грязную спинную жижу? Спины, спины, дайте же мне пройти! Я должен догнать мою любимую! Я должен ей все-все рассказать, обрадовать ее, удивить, помочь преодолевать эту трясину тел.

Вот же дерьмо, как меня колотит! Я почувствовал, как адреналин в крови начал учащать мое дыхание и проверять дрожью работоспособность мышц. Я на всякий случай обернулся, чтобы опять-таки на всякий случай запомнить эти рожи для моих свидетельских показаний.

Ну, точно! Надменные мрази прямиком из пахнущего молодыми беспечными дармоедами, вообразившими себя центром мира, магазина молодежной одежды.

Стояли друг напротив друга вполоборота и смотрели не меня. Как на постере. Явно не местные. Как и все, кто хочет казаться больше и выше большинства, кажущиеся не местными.

Оружия у меня не было. Никакого. Конечно, можно было бы мастерски воспользоваться связкой ключей и изуродовать физиономию одного из них. Ношение оружия, конечно, уголовно наказуемо. Но кто, если не я сам, защитит меня от таких вот ублюдков, вторгающихся в мою жизнь? Мне необходимо защищаться и не нарушить закон? Черта с два! Мне нужен баллон с газом для зажигалок, зажигалка и механизм, который при нажатии на «курок» поджигал бы поток газа.

Чтобы поток газа испепелял бы все в радиусе двух, а то и трех метров. И все это должно умещаться в одной руке. А потом – могло бы быть утилизировано так, чтобы невозможно было бы это идентифицировать, как орудие преступления или защиты, или обороны… или возмездия. Мне нужен меч моего индивидуального правосудия, карающий вероломных оккупантов на мою территорию, беспощадный и бесстрашный. Меч, который не был бы опутан уголовным правом, последствиями общественного порицания, холодным отношением работодателей, придатками ветвей исполнительной и судебной власти.

На данный момент, по крайней мере, два человека из этого чертового мира заслуживали смертной казни в моем личном понимании справедливости и правосудия, не считая тех преступников, по преступлениям которых еще не истек срок давности. Вечный для меня.