Двойная жизнь

Он служил этой семье почти пятьдесят лет. Застал ещё молодость дедушки Марка, который скончался несколько лет назад, став жертвой холеры. Перед смертью мужчина написал завещание, в котором всё своё имущество, включая поместье, конюшню, земли, большое денежное состояние и таинственную башню, самую высокую и необычную в этих краях, он завещал своему единственному внуку Марку.

Сама же башня возвышалась позади поместья в полумиле, и ужасала своим внешним видом. Огромная, чёрная, под железным замком, она была закрыта от всех, и ключ от неё был только у Бартона.

По ночам иногда можно было заметить свет в самом верхнем окне, но тот свет мгновенно угасал. Внутри не было ни единой живой души, этим она и славилась – своей историей и странными явлениями.

– Ну вот мы и дома, Орион, – прошептал молодой человек и слез с лошади. Он сделал вдох, запрокинув голову вверх. Его светлые волосы взъерошил тёплый южный ветер. Он чувствовал родной воздух, который был только здесь. Бартон направился к ним, широко переступая сапогами.

– В гостях хорошо, но дома лучше, – сказал Марк, осматривая поместье, и перевёл взгляд на приближающегося Бартона. На его лице появилась улыбка.

– Я рад вашему возвращению, господин, – проговорил он и поклонился. Через несколько секунд появился конюх, также поклонился молодому человеку и отвёл лошадь в конюшню.

– И я очень рад тебя видеть, – Марк подошёл к нему и обнял.

– Как дорога? Всё хорошо? – поинтересовался дворецкий.

– Да, нормально. Идём домой, за чашкой тёплого кофе всё обсудим.

– Как скажете господин, – он уступил место, первым прошёл Марк. Гостиная, а также комната отдыха и спальня с личным кабинетом, находились на втором этаже поместья.

– За время вашего отсутствия в капканы были пойманы двенадцать крыс, ещё восемь мучительно умерли от яда, разбросанного мной в разных уголках нашего большого поместья, – с гордостью сообщил дворецкий, когда они поднимались по лестнице.

– Времени зря не терял, надеюсь, теперь этих грызунов станет меньше.

Чёрт его знает откуда они бегут, даже в стенах иногда шуршат.

– О, не стоит беспокоиться, в стенах их больше не будет. Об этом я тоже позаботился.

– Молодец, – похвалил его Марк. Дворецкий открыл двери кабинета, и они вошли. Марк сразу же присел на своё кресло, откинувшись на тёплую спинку из медвежьей шкуры. – Друг мой, будь так любезен, принеси из погреба бутылку вина, отметим моё возвращение.

– Будет сделано, господин, – кивнул он и удалился из кабинета.