Всегда один

И так потратился на операцию сверх всякой меры, все резервы подобрал, да ещё и ипотека эта – вот же Танька дура, всё из-за неё: «Мой ребенок не будет жить в съемных квартирах!». Спасибо, блин – ни Таньки, ни ребенка, ни работы – только плохо сломанная нога и ипотека. Надо посчитать – на сколько хватит накоплений? Депозит теперь точно придётся снять раньше срока. Пропали проценты… Хотя – чего уж тут, не до процентов.

Танька-Танька… как же так у нас с тобой вышло-то? Ну ведь вроде бы и к свадьбе шло, и любовь-морковь – настоящая, и жили мы вместе третий год, и квартиру выбрали-купили – всё как ты хотела! Почему, зачем? Чёрт же меня дёрнул согласиться поехать к родственничкам твоим украинским! Всё потому, что сам я сирота – наверное, втайне мечтал обрести семью, чтоб как у всех… А получилось наоборот – один короткий приговор деда: «За москаля не пущу!», – и всё сломалось, одним махом.

Как же ты легко перечеркнула два года нашей любви… А я теперь один в ненужной здоровенной двушке. В ипотеку, чёрт её дери. Вдвойне ненужную.

Впрочем, жизнь продолжается – надо вставать. Я неловко повернулся, и в ногу стрельнуло так, что в глазах потемнело, а я с хрипом повалился обратно на кровать. Под голову попалась подушка – закусил с краю, мычу. Ды-ы-шать. Ещё немного, немного… вроде отпускает. Что ж за незадача такая? Да никакой, так если разобраться. Просто не надо с горя нажираться и катать бессмысленно, даже с невысоких подмосковных горок в Яхроме – и не будет никаких незадач.

А если я оказался настолько туп, что всё-таки полез – ну так и вот, получите-распишитесь.

Сложный открытый перелом, месиво из костей и мяса, жуткая кровопотеря. В районке, куда меня поначалу притащили ругающиеся инструкторы, вообще приговорили к ампутации! Хорошо хоть для этого медикам потребовалась подпись, меня более-менее привели в сознание и обезболили – а я уж сумел сообразить, что надо бежать отсюда, и упросил парней отвезти меня в Склиф. А оттуда уже переехал в Институт спортивной травмы.

Слава богам, ногу удалось спасти, пусть и ценой безжалостно выпотрошенных заначек и кредитки.

Но как было – больше не будет. Спорт для меня теперь закрыт, любой и насовсем. Ненужной стала не только квартира – любимые лыжи не нужны тоже. Кататься я больше не смогу никогда. И машина не нужна – без правой ноги не поездишь даже на автомате. В больнице сидел в очереди на консультацию у профессора, разговорились.