Хроники Анклава 3: Иллюзия Вечности

– То есть, что же получается… Верить ни во что не нужно? Это все обман?

– А здесь, Александр, все очень интересно… – Поток сизого дыма улетучился из моих легких, – Я не говорю, что не надо верить! Наоборот, вера – это самое главное в жизни. Человек без нее не может, такой уж парадокс. Просто «подчинение» и «вера» – это разные вещи. Нужно знать и понимать, осознавать то, во что ты конкретно веришь. Не идти на поводу у заинтересованных лиц, а верить самому, по своей воле. Я считаю, что вера не является истиной, если человек не формирует ее сам и для себя самого.

И иначе действительно невозможно! Подумай над этим.

– А ты сам, во что ты веришь, Грей? К какой религии ты принадлежишь?

– Я не принадлежу ни какой религии. Но соотношу свои взгляды с Буддизмом, так как на его основах они и были сформированы. Буддизм – это вообще классная штука, и одна из самых «безопасных» религий, поскольку не является религией в привычном понимании. В нем нет тех, кому нужно поклоняться. Если проще, Будда – это название статуса человека, за свою смертную жизнь достигшего просветления.

Последнего такого звали Гаутама Шакьямуни. Никаких богов, требующих безоговорочного подчинения, только лишь личность для подражания. Это мне и понравилось. Смысл Буддизма в бесконечном самосовершенствовании, чем я и занимаюсь всю свою жизнь. В отличие от иных религий, Средний Путь не ограничивает тебя рамками дозволенностей и возможностей, но призывает к постоянному духовному и интеллектуальному росту. Наполовину это жизненная философия, что есть абсолютно верно. Постоянно идти вперед, открывая и познавая все новое и новое. Но с некоторыми пунктами я и здесь не согласен. Да и очень многое добавил от себя, на основе собственных исследований. Потому, я сам себе и пастырь, и судья.

– Неужели, у них там нет Богов?

– Почему же? Боги есть, только выполняют они иную функцию, в отличие от других представлений. Они устремлены собственным целям, и благо людское – отнюдь не одна из них.

– А ты можешь мне поподробнее об этом рассказать?

– Интересно стало?

– Ты, знаешь, да… После всего того, что произошло… После Катаклизма… Что-то такое внутри почувствовалось.

– Это хорошо. Правда, на сегодня – ложись-ка ты уже. Не забывай, тебе еще под утро в дежурство заступать.

– Конечно. Разбудишь?

– Разумеется. Часов больше нет рабочих, но сориентируюсь уж.

В этот раз Санек храпел громко. В прошлую ночевку не замечал за ним такого.