На зов таинственной горы

На зов таинственной горы

Максим Дмитриевич Зверев

Небольшой пассажирский самолёт потерпел аварию посреди пустыни. Пассажиры, включая двоих детей, вынуждены выживать многие дни под палящим солнцем в песках. Путь в поисках воды, пропитания и цивилизации лежит среди уникальных природных ландшафтов Средней Азии, в числе которых таинственный поющий бархан. Автор с научной точностью щедро знакомит читателя с любопытными фактами животного мира пустыни, держа в постоянном напряжении сюжетную линию про выживанцев и их перипетии.

Максим Зверев

На зов таинственной горы

– Всем лечь на пол! Иду на вынужденную посадку! – скомандовал пилот твердым, уверенным голосом.

Миг – и спокойное, полусонное состояние пассажиров сменилось паникой:

– Что случилось?!

– Падаем!

– Ложитесь, он сказал, ложитесь!..

Торопясь и толкаясь, шестеро пассажиров быстро растянулись на полу кабины небольшого самолёта. Каждому показались вечностью эти страшные мгновения, когда мучительно замирало сердце от быстрого спуска, а страшный удар мог произойти в любую секунду.

Но самолёт плавно коснулся земли, немного пробежал, легко подпрыгивая, и остановился.

Молодой пилот вытер пот с лица рукавом и невольно улыбнулся, увидев испуганные лица лежащих пассажиров.

– Можно вставать! – ободряюще произнес он и облегченно вздохнул.

Первым вскочил Коля, мальчик лет десяти, одетый в новый костюмчик, и как ни в чём не бывало обратился к пилоту:

– Дядя, а это настоящая вынужденная посадка, как на войне?

– Самая настоящая, к сожалению!

Кряхтя и отряхиваясь, поднялся отец Коли, солидный полный мужчина в роговых очках, и спросил:

– Что это значит, молодой человек?

– Мотор забарахлил, товарищи… А тут ещё сумерки наступают.

– А позвольте Вас спросить, как же теперь Кисловодск? – недовольно спросил отец Коли.

– Какой Кисловодск? – не понял пилот.

– Обыкновенный. Я, милейший, на курорт с сыном лечу, – сообщил толстяк. – Впервые собрался – и вот вам, пожалуйста!

– Придется на денек опоздать, товарищ пассажир! – сказал пилот.

В ответ последовал молчаливый демонстративный поклон.

Все столпились около выхода. В быстро наступающих южных сумерках вокруг виднелись только песчаные барханы и бесконечной дорожкой уходил в темноту такыр, на который пилот мастерски посадил самолёт.