Фармакопея

Такая информация почему-то являлась очень ценной для той компании, которую представлял Пьер, и за передачу этих данных его людям, он обещал ей щедро платить.

– Если я верно информирован, мадемуазель Эллис, с этого года вы зарабатываете тридцать восемь тысяч американских долларов в год. За те сведения, которыми вы владеете и выборочно будете пересылать нам, мы будем платить вам еще по двадцать тысяч евро каждый месяц. От вас потребуется только предоставлять отчеты о перемещениях сотрудников между подразделениями, особенно научного персонала, и обо всех принятых на работу и уволенных из компании людях.

Плюс, личные дела тех людей, на которых мы укажем. Согласитесь, Эллис, за такие серьезные деньги работа совсем простая, – сказал Пьер уже без той добродушной улыбки, с какой начинал разговор.

– «Двадцать тысяч евро – это почти двадцать четыре тысячи долларов, ее доход больше чем за полгода», – думала про себя Эллис. – «Такие деньги были бы для неё очень кстати. И за пару-тройку лет такой «двойной» работы она смогла бы незаметно накопить на домик в Италии, а потом и переехать туда по тихому».

Эта мысль быстро оформилась в ее голове, но не вытеснила другую, более важную мысль – что это противозаконно и грозит ей тюрьмой и другими проблемами.

– Заманчивое предложение, Пьер, – сказала Эллис заглядывая ему в глаза, – но у меня с самого начала нашего разговора есть два главных вопроса: во-первых, почему вы решили, что я на это соглашусь, ведь это противозаконно, а во-вторых, почему вы решили, что я вас не сдам нашей службе безопасности, после возвращения в Соединённые Штаты?

Она тут же пожалела, что произнесла второй вопрос вслух – глупо было так говорить, учитывая то, что она абсолютно ничего не знает о том, кто перед ней и чем он занимается.

И теперь может случиться так, что она не доберётся до штатов. Пьер погладил волосы у себя на голове и внимательно посмотрел на Эллис.

– Вы правы, мадемуазель, наверняка внутренние регламенты вашей компании запрещают разглашать ту информацию, которой мы интересуемся, и за это они платят вам деньги в виде заработной платы.

Я же предлагаю вам другие, ощутимо большие деньги за то, что вы, все же передадите эту информацию мне. За год вы получите от нас сумму, которую на своей работе вы сможете заработать в лучшем случае лет за семь-восемь. Та информация, которая нас интересует – это не интеллектуальная собственность компании, ученых или что-нибудь в этом роде, и никак не преследуется законами США.