Пути миров. Книга 4. Багровые зори

 – Это же мой послушник…

– Времена такие, что и святые люди подвергаются скверне, – тяжелым голосом сказал Влад, внимательно вглядываясь в лицо молодого человека. Тот, потупив взгляд, косился на охотника. Нехороший у него взгляд, ох нехороший. Хотя в святости многих людей в монашеских рясах Влад давно разуверился, но явно не волчонком должен смотреть человек, посвятивший себя Свету. Но талисман молчал.

– Ну что, господин Владислав? – нетерпеливо спросил Андела.

– Ничего, – покачал головой Влад. И тут раздался детский смех, Веший посмотрел в ту сторону.

Пара мальчишек, забежала в одну из лачуг. Один из них обернулся на миг. И Владу снова показалось, что он видел где-то и этого парнишку. Ну что за наваждение?

– Ну, хвала Всевышнему, – выдохнул Андела. – Господа уважаемые, я понимаю, что вы хотели бы скорее уйти отсюда, но нынче опустились сумерки. Здесь в лесу и вовсе кажется, что словно ночь уже на дворе. А это, как известно, самое удобное для слуг Дьявола время. Идти целым табором небезопасно.

Поэтому выделите нам угол, нам достаточно и под открытым небом. Дождемся утра.

– Конечно, конечно, святые рыцари! – взмахнул руками монах и, чуть приобняв за бок командора, стал указывать дорогу: – Вот сюда, тут есть старая яма, там мы развели кострище, собираемся вокруг неё.

– Хорошо, спасибо, мы подойдем. Пока что мы с братьями расставим посты и организуем оборону, – сказал Андела, резко освободившись от рук священника. Многозначительно посмотрев на охотника, Ягер лишь добавил с некоторым нажимом в голосе: – Господин Владислав…

Охотник понял, что командор тоже что-то чувствовал, но решил не объявлять ничего.

Влад же сделал пару шагов и скрылся в тени одной из лачуг. Он продолжил свои изыскания, возможно, что-то все же проявит себя.

Однако обходя лагерь раз за разом, причем даже стоявших на страже воинов командора, Влад не чувствовал никакого изменения. Талисман продолжал предупреждать об опасности, но характер его поведения не менялся. Люди же постепенно разошлись по своим лачугам, вместе с частью не занятых на постах воинов, в большинстве своем полноценных братьев, остался только священник со своим послушником и несколько углежогов.

Бородатых, хмурых мужчин.

Разожгли большой огонь, расселись вокруг него. Удивительным образом у местных нашлась брага и немного солонины. Однако командор запретил воинам угощаться. Пояснил это тем, что у них своих припасов достаточно, они не хотят обирать и без того терпящих лишения добрых людей.