Тебе жить

Ох, Москва-Москва! Портит она людей… (Делает вид, что потрясен догадкой). Вадик. (Шепотом) А может ты еще и… Гей? (Демонстративно отодвигается от Вадима).

ВАДИМ (с незаметной ухмылкой). Это зависит от того, как ты сейчас относишься к ним?

ПАНЫЧ (подумав). Ну-у, к инаковости…. Есть такое слово? К любой инаковости умный человек относится с любопытством, глупый – с ненавистью. А я, поскольку не глупый… и не умный, я – гений, то отношусь, как к вегетарианцам. Может, не очень понимаю, но это – не мое собачье дело.

ВАДИМ (после паузы).

Я – не гей.

ПАНЫЧ. Аж жаль. (Дурашливо). Жалко-то как, охо-хо… что ж делать теперь? Пожалуй, утоплюсь. В дорогом коньяке.

ВАДИМ. Вот тебе одна из причин, по которой я отключился от связи с тобой, с вами. Есть такая штука: общаешься, звонишь, переписываешься, а потом, когда встретились лично – поговорить не о чем. Друг о друге все известно. Такие дела. Правда, приехать сюда я планировал в позапрошлом.

ПАНЫЧ. Мы в позапрошлом твоих помянули. На кладбище прибрались, выпили.

Был там?

Вадим кивает и оставляет голову склоненной.

А на Совхозную пошел – дом свой посмотреть?

ВАДИМ. Конечно. Дом – другой, обшитый…Забор новый. Черемуху спилили.… Зато знаешь! Беседка сохранилась, там, где две лавочки, помнишь? В конце улицы, где скверик… так, еле не слеза не скатилась. Хотя, что я? Скатилась. Слеза.

ПАНЫЧ. Ностальгия?

ВАДИМ. Если только по детству. Жить бы я здесь не смог.

ПАНЫЧ. Когда-то мог.

ВАДИМ. Паныч! Я понимаю – ты любишь этот город. Но мне теперь вообще непонятно, как здесь люди живут.

Это же туфли приличные не купить, галстук не купить. Заведений приличных нет. Кошмар! Это только в рубище одеваться, питаться чем попало. А ты даже яблоки, смотрю, не моешь. Я люблю, чтобы в ресторан, в отдельный кабинет, чтобы в уединении…

ПАНЫЧ. На лбу!

ВАДИМ. (Трогая себя за бровь). Что там?

ПАНЫЧ. На лбу твоем написано симпатическими чернилами – потребительский эскапизм!

ВАДИМ (после раздумий). Согласен. Есть такое. Незначительно, но есть.

Слушай! А что-то сегодня людей много на улицах. Толпы. Я… кхм, грешным делом думал, что меня признают. Без ложной скромности надо сказать – мы были очень популярны.

ПАНЫЧ. Узнали?

ВАДИМ. Нет, как ни странно. Однако, следует учесть, что много времени прошло.

ПАНЫЧ. А меня узнают.

ВАДИМ. Так ты и пел.

ПАНЫЧ. Так ты тоже пел. Кстати, Веника нормально узнают. Кента – редко, не видно его было за установкой, зато знают его по теперешнему статусу.