Поздний ужин

За дверью в туалете послышался шум воды, упала какая-то склянка и, кажется, разбилась. Дверь отворилась, и человек в светлом плаще, чертыхаясь, зашел в палату, отшвыривая от себя тряпку, оказавшуюся под ногами. Он направился было к креслу, запнулся о вытянутые ноги курящего и чуть не упал.

Человек в темном ловко подхватил его под локоть, придал иное направление падающему телу, что позволило светлому плащу приземлиться точно в кресло. Проводив взглядом падающее в кресло тело, темный плащ довольно усмехнулся, вытащил из пачки две сигареты, прикурил их одновременно, протянул одну светлому плащу.

Тот взял сигарету и с удовольствием затянулся. Теперь уже две струйки дыма поползли к Арнольду.

«Да что же это?» – подумал он. Втянул в себя воздух и закрыл глаза. Запах был сладким и приятным. Ему вспомнилось, как в четвертом классе с парнями, спрятавшись за гаражи, они учились курить. Это было противно. Он так и не закурил по-настоящему. И всю свою жизнь гонял курящих. Да, всю свою жизнь…

– Семен, – протянул руку человек в темном плаще.

– Виталий, – ответил на рукопожатие человек в светлом.

– А вы все так и ходите через толчки?

– Конечно. Корпоративный этикет. А ты чего здесь? Это разве спорный случай?

– Нет. Шел со смены, устал, вот решил посидеть на дорожку.

– Пустой? Наши, что ли, увели?

– Уводилка не выросла. Простоял, как мудень, десять часов в операционной. Уже, думал, все. Пять минут, и домой. А ему отсрочку дали.

– Бывает.

Они помолчали. Докурили сигареты и почти одновременно загасили их в блюдце, стоящем на столе.

Семен пошарил в карманах плаща и выудил две маленьких бутылочки.

– Будешь?

– Да нет, наверное. Мне вот этого ждать еще. Хотя дождь… А ты то чего? Вам же нельзя.

– Так я после смены.

– А давай! Под дождичек. У нас, кстати, на это ограничений нет.

Они скрутили с бутылочек маленькие пробочки, чокнулись и выпили до дна. Семен шумно выдохнул, причмокнул от удовольствия губами и со вкусом закурил сигарету. Он бросил пачку на столик, как бы приглашая соседа угощаться без стеснения.

Виталий прислушивался к себе, вероятно, дождавшись, когда виски растечется теплом по телу, улыбнулся.

– Есть все-таки в нашей профессии кое что приятное.

– Это точно, – подтвердил Семен. – Ну, давай, рассказывай.

– Что рассказывать? – удивился Виталий.

– Да что хочешь. Положено так. Выпили – поговорить надо.

– А-а. Да вроде не о чем.

– Понятно, – протянул Семен. – Тогда еще по одной.