Хроника Свайн-Эберской войны

Я не интересуюсь военными…

– А я вас не знаю. Как понимаю, квиты. А вы? – спросил он худого и высокого.

– Я его знаю. Я на него работаю.

– Кто вы, я спрашиваю?!

– Первый пилот самолёта «AP-14» «Лунная пташка» Леон Трейлин.

– А я, – сказал толстый и высокий, – второй пилот самолёта «AP-14» «Лунная пташка» Георг Лейденс. Царствие ему небесное, упокой море его фюзеляж, – пилоты сняли мокрые шлемы и какое-то время молчали.

– А вы? – прервал траурное молчание по поводу гибели аппарата маршал, обращаясь к женщине.

– Сара… – ответила женщина.

– Геллер?

– Нет, Демтер.

– Жена?

– Почти.

– Что значит «почти»?

– Какая вам разница, – вмешался Уинстон Геллер, – кто она мне?

– Да так. Для отчётности и представления полной картины.

Постучались.

– Войдите, – сказал маршал.

Дверь немного открылась и в кабинет просунул голову Аусфалл.

– Герр-герр генерал, – шепотом сказал он и поманил маршала пальцем.

– Чего ещё? – недовольно ответил маршал.

– На минутку.

– Я сейчас приду. Никуда не уходите, – маршал вышел. – Что ещё, Аусфалл?

– Вы знаете, кто это? – спросил адьютант.

– Уинстон Геллер с почти супругой и пилотами своего бывшего самолёта.

– А кто этот Геллер вы знаете?

– Промышленник и бизнесмен.

– Никакой он не бизнесмен – это точно.

– С чего ты взял?

– Лет двадцать назад, когда я ещё… кхе… когда я вёл достаточно необычный…

– Медвежатником был.

– Именно. Так вот, имя этого вот Геллера гремело в пуссляндском криминальном мире.

– А в Бигбридже есть мафия?

– Ещё какая…

– Совсем они там распоясались.

– А также Кроунбриджа, Веллфорда, Виллерда, Винтерда и ещё кучи других городов. Общим числом около тридцати.

Маршал посмотрел на дверь, за которым находился Геллер с почти супругой и свитой.

– В любом случае, – сказал он. – Он будет сидеть у меня под стражей. По законам военного времени его можно казнить хоть сейчас. А если мы его сдадим пуссляндцам?

– На каком основании?

– Как преступника.

– Но они вряд ли его возьмут.

– Но ты же говорил, что он крёстный отец…

– Он в законе. Мы ничего не сможем сделать. Разве что содержать его как пленного.

– Военнопленный. А потом его и сдадим.

– Когда потом?

– Действительно, когда. Ладно, я посажу их в карцер.

– Но ведь в карцере генерал Барцен!

– Да… Тогда у нас же есть какие-то свободные каюты?

– Несколько.