Хроника Свайн-Эберской войны

– Значит, армии нет. Хреново. Ты чайнайский язык знаешь?

– Нет. Да они и не на чайнайском говорят.

– Вы хазляндцы? – наконец спросил лохматый человек.

– Д-да… – изумлённо сказали в один голос адмирал и генерал.

– Я сразу понял. Здравствуйте, братья!

– Так ты мой брат?! – спросил генерал то ли адмирала, то ли человека. История этого не установила. – Парень. Мой отец, царствие ему небесное, никогда не был в Чайнае! Сюда он не пришперлял, даже если бы захотел. Он сельский учитель был!

– Чего? – вмешался в эти биографические тонкости адмирал.

– Самообороны. Женщин учил защищаться. От кого в деревне можно было защищаться таким матронам, я до сих пор не знаю… От этого преподавания и умер, – грустно закончил Катер.

– От женщин?

– От самообороны. Одна сломала ему во время тренировки два ребра, ногу и руку. Открытый перелом. А перевязать никто не хотел. Они все разбежались, увидев кровь. Так и истёк, – Катер вдруг вспомнил с чего они начали разговор. – Что же касается тебя, Рудольф, то в таком случае твоя мать была каким-то сморчком.

– Не оскорбляй мою маму! У них такое положение: «Все люди братья». Они друг друга почитают.

– А, отлично…

– Пойдёмте за мной, – сказал человек, когда Катер и Вазерфалл этот спор закончили.

– С какой стати? – спросил генерал Катер.

– Да успокойся, ты – приструнил его адмирал, – может, накормят. Бесплатно. Все же люди – братья!

Человек развернулся и пошёл по тропинке. За ним следом поплелись адмирал и генерал.

Шли они недолго. Через минут пять все трое вышли к огромному карьеру на дне которого стоял город. Он весь был зелёного цвета, даже стены домов, крыши, тротуары и лошади. Люди ходили в тогах салатового цвета, казалось, что и лица у них такого же салатового цвета. В них ходили даже дети и женщины, не говоря ничего о собаках и коровах. Посередине города возвышался тыквоподобный обветшалый храм во дворе того располагались капище и колодец.

– Ну и как мы спустимся вниз? – поинтересовался Катер.

 – Кубарем?

– Нет, – ответил спокойно и непринуждённо человек, – здесь есть лестница.

Они обошли по краю карьера и в зарослях нашли заросшие каменные крутые ступени. То и дело адмирал, шедший позади, спотыкался и падал на генерала. Катер за шиворот поднимал Вазерфалла на ноги и после непродолжительной беседы о том, как надо смотреть под ноги и кто он такой после этого, от которой листва в округе сворачивалась в трубочки, они продолжали идти дальше.