Хроника Свайн-Эберской войны

 – Ещё сто тридцать, – полковник повесил на место карту-обманку, сел в кресло. – Летит он на однопилотном лёгком аэроплане. У его адъютанта пилотные, то есть пилотские, права на аэропланы… – полковник как фокусник достал откуда-то маленький кусок бумаги, посмотрел на него. – На самолёты H-2, H-3, K-2 и L-34. Лёгкий аэроплан – это L-34. Интересно. Дальность таких аэропланов порядка двухсот миль, ну это если они куда-нибудь не влезут. Как раз двести. Интересно. Значит, они должны заправиться в Шряубечене, но где? Где? Вот именно, на аэродроме.

А аэродром там только на полигоне! Так, – полковник достал зажигалку, взял ленту и сжёг её. – Что это с Гробучем?..

Глава четвёртая, дважды два, это надо помнить

– Аусфалл, – сказал маршал Гробуч, – что это? Почему двигатель заглох?!

– Бензин закончился, – ответил адъютант.

– Почему? Ты сказал, что должно хватить.

– Ну…

– Только без «ну»!

– L-34 засчитаны на двести миль полёта, но мы приземлялись, а весь путь и был эти двести миль.

Но был ещё маленький придаток, это двадцать пять миль. Но эти двадцать пять миль, вылетели, так сказать, в трубу.

– Что это значит?

– Ну, L-34 рассчитаны на стооктановый бензин. Но сейчас война, стооктанового не достанешь. Заправили девяносто восьмым. Все пятьсот пинт.

– Что? Это выходит, десять пинт сгорело просто так! Сколько миль до Шряубечена?

– Около трёх. Но мы летим с северо-запада, а на северо-западе, если верить карте, распложены большие поля.

– И на том спасибо.

– Будем садиться на поле?

– Да!

А внизу уже жёлто-зелёными заплатками «растянулись» злаки.

Адъютант потянул штурвал на себя и самолёт начал снижение. А на горизонте уже возник городок Шряубечен. Небольшой, старинный. С церковью, кирхой и ратушей. Как только самолёт опустился на высоту трех сотен футов, уже различались улицы и домики.

– Садиться будем на пшеницу.

– Да садись уже!

– Есть!

Аусфалл опустил штурвал, и самолёт пролетел над пшеницей, а затем и сел на землю. По кабине пронёсся шорох, будто тысячи мышей шуршали, а в окна прыгали колоски.

Аусфалл надавил на тормоза и самолёт остановился.

– Всё.

– И, слава Богу, – маршал вылез из самолёта.

Навстречу ему бежал сторож поля (если можно так выразиться). Бородатый старик с ружьём.

– Нашли где сесть, ёрш твой овёс! – кричал он. – Что другого места не нашли, ячмень вам в колос?! Тут всего тысяча футов до аэродрома! – он уже подбежал к маршалу и кричал ему прямо в ухо.