Хроника Свайн-Эберской войны

Когда дым рассеялся, и эхо от оглушительного выстрела затерялось в лесу, кабан предстал такой же целый и чуть усталый. В глазах его читались вымученные слова: «Ну, долго вы там ещё? Есть охота! Желуди на жаре портятся…»

– Вот твердолобый, – выругался с ветвей дуба Ричард, куда его отнесло отдачей. Он быстро, прямо-таки по-кошачьи, слез оттуда и поставил дробовик к дубу. Потом достал из кармана палочку динамита и поджег её от зажигалки, свисавшей с ремня. – На самые крайние случаи я сторонник радикального решения, – он кинул динамит в кабана, и когда дым рассеялся, кабан стоял весь чёрный и страшно худой.

 – Ура!!! – король даже заскакал, вытрясая остатки грома из ушей.

Но Фридрих не радовался.

– Ну и что ты сделал? – спросил он.

– Шкварки, – сказал довольный Ричард, вдыхая аромат жареного сала.

– Это же чемпион Рейха по весу. Что ты с ним сделал?! Ты понимаешь, что?

– Ну, ты его на охоту, зачем послал? На убой? Да, на убой. А куда ещё? Его же тут убьют, – тут Ричарда осенило.

 – Или ты решил надо мной подшутить?

– Ничего я не хотел. Но теперь же его не пожаришь нигде. Хазляндцы любят пожирнее. А ещё неизвестно, сможет ли он набрать вес. Такие случаи уже бывали…

– Да отдай его Западной Федерации или ещё лучше в Чайнай, те даже жуков едят.

– Ничего себе. Испортил, можно сказать свинью на всю жизнь и теперь цинично предлагает её сплавить куда-нибудь! Садист!

– Неженка. Доктор «Милосердие»!

– Мясник!

– Сюсюкалка!

– Вас надо изолировать!

– А вас уничтожить!

Тут оба короля сказали обрадовано:

– Это война!!!

– Ну, я поехал! – Ричард VII запрыгнул в седло Фастера.

 – Я пришлю к тебе посла, и он оговорит условия. – Ричард потянул на себя уздечку и Фастер поскакал к порту. За ним засеменила свита.

– Хм… Война… Будет за что, – задумчиво говорил кайзер Хазляндии, разглядывая игру света в пыли, поднятой копытами пуссляндского скакуна.

Приехав во дворец Рейхшвайнесталл, Фридрих велел собрать военный совет.

Его назначили на пять часов дня, то есть через пять часов после объявления войны.

На совете, как всегда, сидело пять генералов, адмирал и вице-адмирал, один маршал и один полковник. Все десять человек садились за один подковообразный стол. Фридрих сидел у «рожек» подковы.

– Как вы знаете, – начал он, – сегодня я объявил войну Пуссляндии. Война будет не за землю, хотя и это неплохо, а за светлые и святые идеалы Фатерлянда.