Кондотьер

Тут уж, как говорится, только в адресное бюро заглянешь, как вся правда и откроется.

– А если я из Новгорода или Новогрудка?

– Ну, да! – кивнул Генрих. – Империя большая, и городов в ней пруд пруди. И это еще, не считая деревень.

– Проехали! – повела плечом Наталья. – Так мы на другую квартиру перебираемся?

– Угол Малого проспекта и Пятнадцатой линии. Дом старый, но квартира хорошая. Лифт, кухня, то да се.

– Звучит соблазнительно, – усмехнулась Наталья.

– Людвиг плохого не предложит, – вздохнул Генрих.

 – Мне лишь бы где жить по чину не полагается, так что не бойтесь, Наталья Викторовна, будет вам, где душ принять и голову приклонить.

* * *

Квартира на Васильевском острове оказалась огромной. Семь больших комнат, длинный коридор и еще один – покороче, кухня, две уборные и две ванные комнаты, не считая кладовок, стенных шкафов и встроенной гардеробной. И все это, как ни странно, обжитое. Посуда, мебель, постельное белье, полотенца и бутылка коньяка на тумбе трюмо.

Не забыли и про ее вещи. Людвиг не соврал, их забрали из квартиры в Тарасовом проезде и аккуратно разложили в ящиках комода. Не сказать, чтобы ей нравилось, когда трогают ее белье, но, с другой стороны, имелось некое извращенное очарование в том, как дотошно выполняли люди Генриха его распоряжения.

«Весьма профессиональная команда, – отметила она, открывая шкаф. – Предусмотрительные и хорошо обученные люди».

Ее платья, юбки, брюки и жакеты были развешаны на плечиках и в зажимах.

Все. И самым тщательным образом.

– Наталья! – позвал из коридора Генрих. – Вы есть будете или сразу на боковую?

– Еще не решила! – ответила она и вдруг поняла, что, и в самом деле, еще не решила. Вот только думала она сейчас отнюдь не о еде. И не о сне. – Выпьете со мной?

– С удовольствием! – дверь отворилась, и он вошел.

– Без стука…

– Это что-то меняет?

– Я могла оказаться неодетой…

– На самом деле, я на это и рассчитывал.

– Разочарованы? – она стояла перед ним, смотрела в глаза, а руки сами собой расстегивали пуговицы и молнии.

– Напротив, полон предвкушения, – он подошел ближе. – Вам помочь?

– А как же ваши ребра? – дыхание сбилось, словно пробежала версту, и все по оврагам да буеракам.

– Мои ребра? – его руки оказались сильными и теплыми, почти горячими. Впрочем, чего-то в этом роде она и ожидала.