Пилот ракетоносца

Надеюсь, господин капитан, процент содержания каннабиоидов в этом табаке не превышает разрешенную в империи норму?

– На два процента ниже планки, – ухмыльнулся кавторанг, протягивая Эрику зажигалку. – А ты, как погляжу, непрост, парень. Совсем непрост!

– Не знаю даже, что сказать, – пожал плечами Эрик и сделал первую затяжку.

Вкус табака был непривычный, но скорее понравился Эрику, чем наоборот.

– Господин капитан! – подал голос сидящий за терминалом каплей. – Курсант Минц – штрафник.

– Штрафник? – переспросил кап-два.

– Момент! Ого! Не поверите, господин капитан! Переведен по приказу контрразведки флота из Космической академии Иль-де-Франс.

– Час от часу не легче! – усмехнулся кавторанг.

Похоже, он не слишком удивился новой информации. Что-то в этом роде он, по-видимому, и ожидал услышать.

– Сколько ты отучился в академии? – остро взглянул он на Эрика.

– Отчислен со второго курса, ваше превосходительство!

– Без чинов, – напомнил кап-два.

– За подделку документов.

– Что?!

Ну что ж, ему таки удалось удивить кавторанга. И это было скорее хорошо, чем плохо. Эрик давно уже рассмотрел и петлицы приведших его сюда офицеров, и указатели на этаже. Оценил он также стиль поведения этих людей. Темы, которых они касались в разговоре. Отношение к нему самому. Выходило, что это офицеры пилотажной линии, а не контрразведка, и значит, говорить с ними он мог более откровенно, чем стал бы говорить со службой безопасности.

– Вы должны это видеть, капитан! – сказал между тем каплей, открывший, по-видимому, файл кадрового управления ВКС с личным делом Эрика.

– Ну-ну… – кадваранг[17 - Кадваранг – то же, что кавторанг и кап-два, капитан 2-го ранга.] встал и подошел к терминалу, а его место тут же занял лейтенант, принесший Эрику фарфоровую чашечку с кофе.

Если верить обонянию, кофе был натуральный. Настоящий крепкий кофе в чашке из настоящего фарфора.

«Н-да, богато жить не запретишь…»

– Сахар? Молоко?

– Спасибо, господин лейтенант, но я, с вашего позволения, обойдусь тем, что есть.

Он еще раньше услышал в речи лейтенанта хорошо знакомый ему акцент и сейчас заговорил с ним на рузе.

– Хм… – улыбнулся лейтенант, тоже переходя на руз, – если бы я не знал, что вы сирота, курсант Минц, я бы сказал, что вы выросли в хорошей семье где-нибудь на Рязани или в русской колонии на Европе.

– Увы, – улыбнулся Эрик.