Пилот ракетоносца. Выбор курса

«Интересно, кто первым моргнет?»

Первыми нервы не выдержали у халифов, и приборы «Акинака» тут же зафиксировали многочисленные вспышки – это стартовали противокорабельные ракеты – и массовые возмущения электромагнитного поля – типичная картина работы импульсной артиллерии. Сидеть в кресле, не имея возможности вмешаться в ход боя и наблюдая за тем, как противник ведет огонь по твоему кораблю, жестокое испытание. У Эрика от страха свело живот. Боль нарастала, начиная перетекать на грудь и позвоночник, но Эрик терпел, стараясь не показать вида, насколько ему на самом деле плохо.

Вздрогнул пол, волна вибрации прошла по всему телу корабля. Это вступили в игру тяжелые орудия «Акинака».

«Вот бы попали!»

Но артиллерийская дуэль продолжалась без видимых успехов с обеих сторон. Крейсера вели огонь, сосредоточив его на тяжелом корабле, опознанном разведкой как линейный крейсер «Аль Ифрит»[25 - Аль-Ифрит – самый сильный вид джиннов. Даже самый маленький ифрит способен убить самого огромного гиганта – джинна Марида, настолько он силён.

]. Они должны были обеспечить преимущество своим ракетоносцам, но у них пока ничего не получалось. Халиф отвечал мощными залпами, одновременно отражая снаряды имперских крейсеров своими оборонительными системами. Вскоре его начали поддерживать два других корабля, опознанных разведкой как большие эсминцы класса «Остан»[26 - Остан – провинция, название территориально-административной единицы первого уровня в Иране.]. Размерами и огневой мощью они мало отличались от «Акинака» и других ударных крейсеров.

– У тебя что, вообще, нервов нет? – Лиза смотрела на него с выражением искреннего удивления.

«У меня? – опешил Эрик. – Нервы? Ах да, – сообразил он через мгновение. – Нервы! Она верит тому, что видят ее глаза».

– Ну, что ты, – усмехнулся в ответ Эрик. – У меня от страха яйца из мошонки удрали…

– Н-да, слышала я, что ты отмороженный на всю голову сукин сын, но думала, что люди преувеличивают…

Как всегда, правда воспринималась другими людьми как ирония или шутка.

В таких вопросах ему никто никогда не верил. И слава богу, что так. Такого труса, как он, никто бы не сделал офицером.

– Надеть шлемы!

«Кажется, доигрались!»

И в самом деле, он только успел защелкнуть фиксаторы шлема, как корабль содрогнулся от мощного удара, и тут же взревел ревун.

Минуту или две все в командном центре оставались в изматывающем неведении, не зная, куда прилетело и насколько плохо обстоят дела. Потом потоком пошли данные.