Инверсия жизни

– Петров, – произнес учитель, пристально глядя Саше в глаза, – чего там у тебя в руке? Ты что опять задумал?

Ученики одиннадцатого «Б» обернулись на Александра.

– Ничего, – ответил Саша и быстро убрал комок из жвачек в карман.

– А ну покажи руки. – Облаков прошел между рядами парт, добравшись до середины класса.

– Ничего я не задумал, – недовольно пробурчал Саша. Подняв руки, он раскрыл ладони и отвернулся в сторону.

– Петров, а вот мы с тебя тогда и начнем, раз уж ты захватил мое внимание.

Расскажи нам, пожалуйста, что такое дисперсия света. – Юрий Эдуардович поправил очки.

Саша нехотя поднялся из-за стола и принялся отыскивать в своей памяти хоть какую-нибудь ассоциацию со словом «дисперсия». Этот термин он слышал впервые, но решил попытать удачу, ляпнув следующее:

– Триста тысяч километров в секунду, – сдвинув брови, произнес он и понял, что был далек от истины, когда Лёня захихикал, прикрывая рот рукой.

– Что «триста тысяч километров в секунду»? Я у тебя спрашиваю, что такое дисперсия света? Определение мне дай.

Так уж и быть, можно своими словами. – Юрий Эдуардович сверлил взглядом Сашку.

Петров помолчал несколько секунд, а потом, пристально глядя в глаза учителю, с ненавистью в голосе произнес:

– Я не знаю, что такое дисперсия света.

– А чего ты вообще ходишь сюда? – спросил учитель.

«Давай, Саня, – говорил сам себе Петров, – расслабься и просто спокойно смотри на этого идиота».

Саша стоял молча и надеялся, что ему быстренько поставят двойку и отстанут.

На оценки Петрову было плевать, лишь бы не приставали с вопросами и не выставляли его глупцом.

Класс продолжал хихикать, а Петров не понимал, чего тут смешного.

– Что молчишь? – Юрий Эдуардович подошел к доске. – Дисперсия света, Петров? Только что же обсуждали. Глаза хоть разуй.

«Я бы тебе разул глаза, – думал Петров, – так бы разул. Сначала левой, а потом правой, и до свидания, Юрец».

Смешки в классе не умолкали.

Когда Саша встретился в очередной раз взглядом с Лёней, ухмылка с лица Лёни быстро сползла. В глазах Петрова Лёня прочитал неистовое желание расправиться с ним, Лёней, ботаником по кличке Дарвин. Прозвище это Лёне дали из-за его любви к биологии.

– Я тебе сегодня после школы оторву голову, жирдяй, – тихо процедил сквозь зубы Саша. Лёня после этой фразы совсем скис и отвернулся.

Петров не отличался какими-то габаритами.