Черная шаль

– Да что же еще-то может случиться хуже для рода людского, чем оно есть?! – резонно заметила матушка Ольга и со словами: – Спи давай, прорицатель! – немедленно сделала то, что посоветовала своему благоверному.

Но Владыко долго еще не мог уснуть. Он даже встал с широкой супружеской кровати, подошел к окну, раздвинул шторки и довольно долго смотрел на полную круглую луну в ночном небе, будучи в состоянии непонятной уверенности, что под этой луной сейчас, не где-нибудь, а именно в их городе совершается какое-то жуткое непоправимое зло.

«Ерунда! – все же, не раскрывая рта, сказал Максимилиан, а в миру – Евгений Петрович Воротников, самому себе. – Просто испугался какого-то ненормального сна!» – и с этой крайне рационалистической мыслью, он задернул оконные шторки, перекрестился и отправился под бочок к супруге.

Однако жуткий сон не выходил у него из головы целый день и вот, когда над миром нависла очередная полнолунная майская ночь, вчерашний сон с грубой реалистичной навязчивостью напомнил о себе тяжелым предчувствием какой-то большой неминуемой беды.

Владыко, как раз вместе с младшими по рангу священнослужителями и наиболее продвинутыми в Вере прихожанами, подготавливал Храм к предстоящему вскоре Великому Празднику Святой Троицы. И, собственно, было все почти готово и можно было смело отправляться домой, когда внимание, стоявшего на ступенях Храмового крыльца Владыки вдруг привлекла огромная оранжевая луна, вывалившаяся из-за линии горизонта и ярко осветившая широкий церковный двор откровенно зловещими кровавыми бликами.

«Да что же это такое со мной творится?!» – в сильной тревоге подумал он. – «Схожу ли я с ума или, правда, что сам Господь Бог предупреждает меня о скоро грядущей беде?!».

Он вернулся в свой рабочий кабинет, распологавшийся в глубине Собора, позвонил оттуда супруге, сказав, что ночевать сегодня не прийдет, так как подготовка к Празднику Святой Тороицы требует его непременного присутствия в Храме.

– Не бережешь ты себя совсем, батюшка! – чуть ли не всхлипнув, сказала ему в ответ матушка Ольга, в миру – Екатерина Сергеевна Глухова.

– Ты сама прекрасно знала в свое время – с кем связываешь свою судьбу, матушка! – в тон ей ответил Владыко. – Я не имею права себя беречь, если моей пастве вдруг начнет угрожать опасность!

Владыко уже хотел положить трубку, но затем, вдруг, сам точно не понимая – почему, посоветовал супруге поплотнее закрыть окна и двери во всем их большом уютном и гостеприимном доме.