Интенция 2. Опутанный неизбежностью

– Прости Ольга, Алан встретил свою мать, – оправдывалась Амелия.

После того как, связь отключилась, девушка попыталась разрешить спор между Аланом и Руфью.

– Я не понимаю, почему ты не связалась со мной. Я думал, ты мертва! – с красными глазами и с болью в голосе напирал Алан, – ты представляешь, каково мне было? Я себе места не находил, и никто не мог мне ответить ничего внятного!

Выражение лица Руфи стало растерянным. Дрожащими руками она гладила предплечья Алана.

– Я не знаю, зачем они сказали тебе такое.

Прости, прости меня, умоляю. Но звездочеты сказали, что я сделала для тебя достаточно, и дальше ты уже справишься без меня.

Алан просто не мог больше этого слушать. Слова матери словно ножом резали его сердце. Он резко вскочил с кровати и спешно вышел из палаты. Амелия и Руфь помчались вслед за ним.

– Алан, постой! – кричала ему женщина, но тот только еще больше ускорился и перешел на бег.

Сейчас он просто не мог ее видеть. Обида, словно яд, пропитала все его тело. Пробежав коридор и входную дверь, Алан оказался снаружи.

Амелия догнала его и дернула за руку:

– Ты несправедлив к ней. Она сделала очень многое для меня, для города.

– Вот именно, что для вас, но не для меня, – гневно произнес Алан и, отвернувшись, пошел в сторону парка. Взглянув назад, Алан увидел Руфь, стоящую у входа в Храм рядом с Амелий.

Он прошел мимо цветущих кустов и деревьев.

– Обида, разочарование. Мистер Строун, пожалуйста, успокойтесь и разберитесь в ситуации.

– Да заткнись ты, достала уже! – огрызнулся он на Тарью.

Идущие рядом в парке люди испуганно шарахнулись от него в сторону.

– Это грубо, – так же спокойно ответила Тарья.

– Отвали! У человека должно быть личное пространство.

– Хорошо, – Тарья наконец-то стихла.

Неужели искусственный интеллект способен на понимание? Алан не переставал удивляться технологиям Селектиона.

В парке сидели молодые девушки и ребята. Некоторые просто общались, а другие непонятно размахивали перед собой руками. Присмотревшись к ним, Алан заметил, что на них надеты ментумы.

Видимо, они находятся в какой-то виртуальной реальности и совершают в ней какие-то манипуляции. Наконец, он нашел свободную лавочку. Оглядевшись по сторонам, и убедившись, что никто его не видит, он обхватил лицо руками и заплакал. Ему было уже девятнадцать, но его сейчас так же, как и когда-то в детстве, обижало отношение других людей. Больше всего Алан ненавидел, когда его игнорировали или считали лишним, ненужным.