Бог калибра 58

Трубы еще торчали, покосившиеся и полосатые, а вдалеке, в западной стороне, возвышались расплывчатые громады, касающиеся небес, непонятные и тревожные, и Вышка, переливающаяся малиновым цветом.

Я достал подзорную трубу, намереваясь приблизить даль и убедиться…

Наверное, я так и рассматривал бы этот город, но заметил движение внизу.

Старик. Так мне показалось. Человек передвигался слишком медленно для молодого и был увешан множеством мешков, коробов и корзинок. Торговец, Гомер говорил, что они выглядят именно так, обвешанные все.

Ткнул Ноя.

Невест видно не было. Но я подумал, что он их наверняка прячет в схронном месте, где-нибудь в недоступности, поскольку товар слишком ценный.

– Сиди здесь, – приказал я Ною. – Не высовывайся, если я только не подам знак. Ясно?

– Ясно. А почему не высовываться?

– Потому что я знак не подал! – прошипел я. – Все.

– Послушай…

– Я вернусь, – перебил я.

– Ну да, – уныло пробухтел Ной. – А можно…

– Нет.

Я осторожно стал отползать через мох.

Не спеша, чтобы не брякнуло ничего, чтобы не спугнуть, Гомер говорил, что торговцы очень пугливы. Так же осторожно, почти на цыпочках, сбежал вниз.

Старик оглядывался. Возможно, он меня уже почуял.

Я улыбнулся самой доброжелательной улыбкой и вышел из здания с поднятыми руками – старинным жестом приязни.

Старик дернулся, но я улыбнулся еще дружественнее.

– Привет! – сказал я. – Ты торговец?

Старик стал пятиться. Смотрел и пятился, глаза у него выкатывались, причем страшно.

Я начал медленно приближаться к старику, стараясь его не спугнуть.

Продолжая показывать безоружные ладони.

Старик остановился и вдруг быстро зашагал мне навстречу. Схватил за руку, заглянул в глаза.

– Я хочу меняться, – произнес я как можно внятней. – Разными вещами. У вас есть полезные вещи? У меня есть порох. Вам нужен порох?

– Порох… – выдохнул старик. – Кровь… Тебе нужна кровь?

– Нет, мне не нужна кровь, нужна…

– Кровь! – скрипнул зубами торговец. – Я не торгую кровью!

– Успокойся…

Он прошептал что-то, я не расслышал.

– Чего ты говоришь? – спросил я. – Скажи погромче…

– Беги, – произнес старик громче.

– Куда? – глупо спросил я.

– Беги! Беги! Беги!

Старик шарахнулся, я огляделся. Ничего. Мир. День. Воздух.

Выстрел.

Автоматическая винтовка, только она стреляет так сухо. Пуля попала в ногу, торговец упал и завыл, я прыгнул в сторону, спрятался за вросшим в землю колесом, и тут же в резину ударила очередь. Кучно. Метко.