Океан Разбитых Надежд

На Люке те же мешковатые штаны, что и вчера, а футболка на этот раз белая.

Он хмыкает.

– Но вы уже спросили, – мне хочется улыбаться, когда я слышу его довольный голос.

– Так ты ответишь?

– Тут было не заперто.

– И ты готов войти в оранжерею только потому, что она не заперта?

– В принципе, как и вы.

Его легкомыслие заставляет меня встать в ступор. Бегая глазами по заставленной растениями оранжерее, я пытаюсь подобрать нужные слова, но с губ слетает лишь растерянное мычание.

– Температура тут перевалила за сто градусов по Фаренгейту[1 - 100 градусов по шкале Фаренгейта = 37 градусов по шкале Цельсия], – я указываю на установленный при входе термометр.

Люк широко улыбается и, достав изо рта колосок, говорит:

– Не волнуйтесь, со мной ничего бы не случилось.

Я вовсе не волнуюсь – мне просто интересно, как ему удаётся сидеть в оранжерее, когда внутри стоит такая жара. Ведь так?

– Зря ты прогуливал уроки биологии, – вздыхаю я.

– Почему это?

– Ты что, ни разу не слышал про тепловой удар?

– Может, и слышал, но не придавал особого значения, – пожимает плечами Люк.

Я ещё раз протираю лоб – вся рука уже мокрая – и подхожу к окнам, перешагивая через цветочные горшки.

Помню, как долго мы с бабушкой их выбирали. Пока она изучала каждый сайт, где был раздел «для дома и дачи», я составляла список всевозможных покупок. В итоге мы заказали целый ящик садовых инструментов из Манчестера и огромную партию горшков. Последнюю, кстати, привезли в тот же вечер.

С тех пор бабушка ни разу не пожалела: все горшочки отлично сохранились, несмотря на дикий холод в январе и аномальную жару в прошлом году. Садовник периодически промывает маленькие, спускаясь к Ривер Фосс, и аккуратно протирает тряпками большие.

Я распахиваю створки настолько широко, насколько это возможно. Прохладный ветерок приятно обдувает шею. Сделав несколько глотков чистого воздуха, я вновь окунаюсь в духоту оранжереи. Через открытое окно задувает ветер и, бродя по кладке, подхватывает опавшие сухие листья.

– С чего начнём? – Люк встаёт с дивана и разглаживает футболку.

Я осматриваюсь и понимаю: работы много. Нужно подравнять кустики, подмести, протереть полки и полить все растения. А их тут, судя по всему, больше, чем на улице.

– Польём цветы, пока они не засохли, – решительно говорю я, пробираясь назад к диванчику. – Лейки должны быть где-то здесь.

– Они стоят за стеллажами, – опережает меня Люк.

Я округляю глаза.