Братство: Опалённый

– Может у вас ну хоть что-то есть? Я не знаю… Ну… Массаж лечебный? Нет? Экзотические танцы? Тоже нет? Чёрт… Корешки для потенции… Резьба по дереву… Игрушки… Может рыба редкая? Или раковины?

– Постойте! – Просиявший Лазар хлопнул себя по лбу: – Есть!

– Что? Что есть? Дорогой вы мой? Продайте – я отблагодарю!

– Игрушки есть!

– Игрушки? Из чего? – Оживился Сэм: – Дерево, камень, или, – он заговорщицки прищурился: – Из рыбьих костей и ракушек? О! Это будет очень экзотично – в пустынных мирах! Ну же, дорогой мой, – от избытка чувств он даже хлопнул администратора по предплечью: – Не томите! Что за игрушки?!

– Совсем новые! Уверен – вам понравится.

Представьте себе небольшую – с ладонь, и тонкую – с палец, коробочку.

– Так? – Повесив шлем за ремешок на руку, он, свободной, очертил небольшой прямоугольник на своей ладони, всю длину которой пересекал тонкий белый шрам.

– Да! По центру – экран, а по краям – четыре кнопки.

На экране…

– Монах, конфеты ловит, – погрустневшим тоном, перебил его Люциус: – Увы, Лазар, это не экзотика – во всех магазинах лежит. Эххх…

– Погодите! – Видя, что золотое марево бонов может вот-вот исчезнуть, его воображение заработало в форсированном режиме: – А зачем нам монах?!

– А как – без него-то?

– Послушайте, Люциус, – почувствовав под ногами твёрдую почву, перешёл в наступление Лазар: – Двоюродный брат моего свояка, он художник, работает на производстве этих игрушек.

Думаю, – он многозначительно постучал пальцем по краю шлема: – За небольшое вознаграждение, он нарисует для вас – вместо монаха и конфет, всё, что угодно.

– Хм… – Озадаченно потёр лоб его собеседник: – Так уж и любое?!

– Мы и корпус для вас отдельный сделаем, – продолжил наседать на него Лазар: – Из любого материала – на ваш выбор.

– Даже так?!

– Конечно, дорогой мой! Это же наше производство. – Победно улыбнулся он: – Как говорится – любой каприз за ваши деньги.

– Ваше производство? Вы что – сами это всё придумали?

– Раз на нашей земле – значит наше. Разве не так? – И, видя колебания собеседника, продолжил: – По-честному, не буду скрывать от вас, друг мой, её придумали монахи – их монастырь в полусотне километров отсюда.