Чего хотят парни?

 – Это же о поэзии! Есенин вкладывал глубокий философский смысл в эти строчки. Роза белая – это поэзия…

– Ты будешь мне тут лекцию о творчестве Есенина читать? – резко перебила его Лу. – И без тебя знаю подтекст этого стиха!

– Тогда замнем эту тему! – рассмеялся Даня. – Вы обе прелестно выглядите! Одним словом – charmant! Ой, простите, что на французском. Вы очаровательны! Правда, Макс? – добавил он и подмигнул мне.

– Да-да, – рассеянно ответил я, так как не сводил глаз со своей «принцессы».

Ира была в странном настроении, она почти не говорила со мной и даже старалась не смотреть в глаза.

Вначале я решил, что это от волнения. Как-никак, наш последний вечер в школе. Я и сам чувствовал себя не в своей тарелке. Когда закончилась торжественная часть и мы отправились в ресторан, Ира по-прежнему была молчаливой. Ее настроение не поменялось. Ребята первым делом налили шампанского, я видел, как все напряжены, разговаривают возбужденно и громко, периодически раздавались взрывы смеха. Ресторан, как я уже упоминал, был плавучим и причален на Якиманской набережной. По задумке организаторов бала – вначале банкет, затем прогулка по Москве-реке и высадка в ЦПКО им. М. Горького. Я не отходил от Иры ни на шаг, она не пила ни шампанского, ни коктейлей, была грустной и по-прежнему почти со мной не общалась. Я никак не мог выбрать время поговорить с ней, спросить, что же происходит. Лу постоянно мешала. И я не выдержал и попросил Даню «нейтрализовать» надоедливую подругу любым способом. Он взял два бокала с коктейлями, предложил один Лу и повел ее на палубу. Мы остались за столиком. Ира молча помешивала напиток трубочкой. Но ребята очень шумели, громко играла музыка, говорить было невозможно. Я предложил выйти на воздух. Она кивнула, встала и начала расправлять пышную юбку. Я ждал, начиная раздражаться. Не так я себе представлял наш последний школьный бал. Мне вдруг показалось, что Ира специально тянет время и не хочет оставаться со мной наедине. Все это было явно неспроста. Я резко схватил ее за руку и потащил на палубу. Но и там было много ребят, укромный уголок выбрать на этом плавучем судне оказалось невозможно. Тогда я прижал Иру к борту и начал целовать. Она сопротивлялась, но вяло. Я крепко обнял ее и не отпускал.

– Эй, полегче! – раздался рядом недовольный голос, и мы отпрянули друг от друга.

Ира быстро поправила прическу и оперлась спиной о борт. Ее лицо выглядело злым. Лу стояла возле нас.