Девятая стрела Хаоса

Зов?

Так они не сами прилетели? – Внезапная догадка обжигает моё сознание, расставляя всё по своим местам. Так, значит, правы были и Примарх, и Лорды.

Сей мятеж детей Империума был со стороны раздут. Так бы тлел он и тлел, выплёскиваясь в петиции и сетевой вой, но нашлись некто, бросившие зов чужакам. А те и воспользовались, раздув мерцающие угли недовольства в пожар мятежа.

– Прошу тебя, – статуя оживает, руки, прежде сложенные на груди, расходятся в стороны и жезлы, прежде зажатые в кулаках, взлетают над Этериалом, где и зависают, скрестив свои тела.

Толпа за моей спиной сдавленно охает, увидев чудо, но мои губы под шлемом кривит призрительная усмешка.

Чудо?

Угу. Как же!

Игры с силовыми полями, или гравитацией. Я сам не хуже могу – мой грав-ган тому свидетель. Он тоже чудеса делает и, клянусь Подножием Трона, не менее зрелищные!

– Прошу тебя, – трехпалая рука описывает короткую дугу, указывая на место подле чужака:

– Пройди сюда и мы поговорим о «Великом Благе».

Нам есть, что…

– Поговорим? Ты, чужак, смеешь, – крохотные динамики, спрятанные за глазницами черепов, украшающих литеры «I» на моих наплечниках, оживают, разносятся слова почти по всему стадиону. Толпа за моей спиной сдавленно охает, заработав акустический удар и по мне показывается тёплая волна удовлетворения.

Ага, мятежники!

Проняло вас? Так знайте, мы, скромные слуги Его, тоже «чудеса» организовывать умеем.

– Ты смеешь здесь проповедовать свою ересь?! – Грохочет мой голос, заполняя всё немалое помещение: – Ты, прибывший из чёрных далей космоса, хочешь совратить чад человеческих, веру Золотому Трону, хранящих? Ошиб…

– Да пошёл ты! – Раздаётся вопль-взвизг у меня за спиной: – И ты, служка, и труп на троне!

Что? Поношение Императора?!

Разворачиваюсь одним рывком, приподнимая молот – против меня стоит дородная тетка, относящаяся к тому виду разумных, что лично я классифицирую как «торговикус базарикус вульгарис».

Уперев руки в бока она бурами меня взглядом, чьей мощности бы вполне хватило на испепеление среднего фрегата. Да – окидываю её взглядом, таких бы сотни три, а лучше с тысячу. Собрать – и к Тау. Синемордые сами себе экстерминатус устроят – дай только таким торговкам обжиться в их среде.

– Как смеешь, ты, имя Его, – начинаю я, но умолкаю, становясь свидетелем настоящего, естественного и не техногенного чуда.