Нестор

Тот вскинул кустистые брови, снял пенсне и стал его протирать.

– Ну, молодой человек, дядя Хаим – в Варшаве на Вольском бейт оламе, а Яков сейчас в Кремле новое государство строит, так что вам которого?

Ожилаури не смутился, этого не было в его натуре.

– Извините, я думал, Х. Я. Гехт – это вы. Но мне нужен человек, разбирающийся в старинных книгах.

– Вы попали куда надо. Меня зовут Леви Борухович, и я могу помочь. Покажите, что у вас.

Ожилаури достал из сумки книгу и положил на прилавок. Леви Борухович взял ее бережно, как реликвию, и осмотрел со всех сторон.

– Хм, – он недовольно взглянул на студента,– вы так и носите ее в сумке? Это старая книга. Любая царапина или пятно может испортить ее. Свой завтрак вы, наверное, заворачиваете в бумагу? Не так ли?

Антиквар кончиками пальцев переворачивал страницы, но не так, как Ожилаури, а с другого конца, внимательно рассматривал каждый рисунок, а иной раз разглядывал его через лупу.

– Ну и что? Что это? – нетерпеливо спросил Ожилаури.

– Вы куда-то торопитесь, молодой человек? Нет? Вот так и продолжайте. – Антиквар опять углубился в книгу, неторопливо изучая каждую страницу, некоторые даже понюхал, только что на вкус не попробовал. Наконец добрался до конца, по мнению Ожилаури – до начала. Вдруг что-то его заинтересовало на внутренней стороне задней обложки.

– Ах, вот даже как? —Он опять схватился за лупу и пробормотал:– Да, да, да.

– Что да, да, да? – опять не удержался Ожилаури.

– Нет, нет, нет,– отмахнулся Леви Борухович, на секунду замешкался.

 – Книга хоть и старая, но не особо ценная. В арабском я не очень разбираюсь, но это что-то вроде свода правил поведения. На арабские манускрипты спроса нет, кому они нужны сейчас? Если бы старославянский или хотя бы греческий— это другое дело. Вот у меня первое издание Маркса. Это сейчас в моде.

– Ну что ж, если вам не интересно…– Ожилаури взялся за книгу.—Коли ничего особенного, отнесу-ка я ее в университетскую библиотеку, подарю, хоть спасибо скажут.

– Подождите, молодой человек! – остановил его Леви Борухович.– Просто дарят цари. Вы же не царь? Немного денег вам не помешает. Рублей двести пятьдесят… ну, скажем, триста я дам за нее, может, кого заинтересует.

– Леви Борухович! Конечно, мне предпочтительней деньги, чем спасибо, и я согласен отдать вам ее… за тысячу, не меньше.

– А ну кыш! Брысь отсюда! —Леви Борухович замахал вдруг руками на витрину. – Эти бездомные мальчики – как грибы после дождя.