Нестор

Все ясно: за ним следили, и как только он вышел из дома, к нему забрались, искали книгу, не нашли, ну и прибрали к рукам все его барахло. Кто это сделал? Ясно – Жорик, это его интерес. Было обидно, но не настолько, чтоб впасть в уныние. Книга при нем, деньги тоже. «Как он предусмотрительно взял все с собой»,– похвалил себя во втором лице Ожилаури.

– Не расстраивайтесь, Герта Гансовна, они оставили главную ценность. Вас.

– Что ты говоришь, Федя?—Всплеснула руками хозяйка.– Ведь все унесли. Стул, матрас, подушку, даже лампочку вывернули, негодяи.

Что делать? Кому жаловаться?

– Да, жаловаться некому. Герта Гансовна, я переночую у друзей, а вы скажите дворнику Гасиму, пусть окно досками заколотит, а то к утру и кровать, и стол унесут.

Ожилаури вышел в переулок и направился к улице, раздумывая, у кого можно заночевать и заодно отметить выигрыш. Он не прошел и двадцати шагов, как из подворотни выскочил чумазый мальчишка, в котором он признал беспризорника, игравшего под его окном.

– Дядя, дядя, а папироски не будет? Курить хочется,– настойчиво потребовал мальчишка.

Ожилаури был достаточно опытен, чтобы сразу понять – папироской тут дело не кончится. Впереди, в подворотне, откуда только что выскочил мальчишка, кто-то стоял, прятался в тени. Беспризорник отошел в сторону, он сыграл свою маленькую роль, на сцену выходили актеры переднего плана. Ожилаури оглянулся. Под пустыми окнами его комнаты, притулившись к стене, стоял молодой парень и ножиком подрезал ногти. Впереди из тени вышли еще двое.

Здоровые парни, в которых Ожилаури признал соседей, проживающих с северной стороны Кавказского хребта. Они не торопясь приближались к нему. Догадаться, чего они хотели, было не сложно – отобрать то, что осталось. Будь у него время и пара внимательных слушателей – он бы подробно рассказал, как дед его отца вышел один против четверых чеченцев, и кто остался в этой схватке победителем, ясно, так как род Ожилаури в лице Федора живет и здравствует, чего не скажешь о тех четверых. Однако Федор Ожилаури уже во втором поколении был городским жителем и потому не владел навыками своего большого деда. Зато он в совершенстве усвоил способности горожанина уболтать кого угодно. Это выручало его не раз и, он надеялся, поможет и сейчас.

– Что, земляки, и вам курить хочется? – решил он взять инициативу в свои руки.

– Курим мы свои, – заговорил с тяжелым кавказским акцентом парень с кучерявой черной бородой,– и пришли мы за своим.

– Вашего у меня ничего нет.