Мечтатели Бродвея. Том 3. Чай с Грейс Келли

Звали его Хуан Лебброса, он был из Бруклина. Худой, темноглазый и темноволосый, под длинными густыми ресницами его ласковые глаза казались бархатными над красивым, но покореженным носом боксера или плохого парня.

Лестер Лэнг дал ему прочесть сцену из «Идеального мужа» Оскара Уайльда. Новенький глотал слова, чувствуя себя неловко в этом совершенном английском. Пейдж удивилась выбору Лестера. Но тот слушал молча, сделал несколько замечаний и перешел к следующему студенту.

Когда настала очередь Пейдж, ее бил мандраж.

Лестер мог быть таким ледяным, таким язвительным. Подняв глаза по ходу монолога, она увидела, что преподаватель смотрит в сторону. Он не слушал ее. Растерявшись, она закончила свою тираду и стала ждать.

Несколько секунд Лестер молчал.

– Хорошо, Пейдж, – сказал он наконец. – В следующий раз следите за дыханием. Бобби, Фрэнки, вы, надеюсь, что-то приготовили…

И все? Пейдж ущипнула себя. Обычно он размазывал ее по стенке. Даже после спектакля в «Гран Театро» в Гаване. Даже, да-да, после волнующего танца дуэтом в бассейне отеля.

Маэстро казался чем-то озабоченным.

Не потому ли, что он пригласил ее на премьеру «Саут Пасифик»? Или прислал орхидеи? Она ни словом не обмолвилась об этом приглашении своим однокашникам. О такой привилегии лучше было умолчать.

– Что-то он витает в облаках, наш Лестер! – вздохнула Фрэнки, когда они выходили часом позже.

– Думаю, я знаю почему, – хихикнул Рон.

– Колись! – выпалил Уэйн, который сегодня не читал и был этому очень рад. – Сообщи нам последние новости.

Одернув свой неизменный жаккардовый свитер (в хлопковой версии, была весна), Рон убедился, что преподаватель не вышел из аудитории.

– Он не сводил глаз с новенького. С этого Хуана.

Пейдж знала, что Рон и кое-кто еще задавались вопросами о любовных предпочтениях их молодого преподавателя.

– На Кубе ты уже об этом упоминал, – сухо сказала она. – У тебя есть причины так думать?

– Ничего определенного, – ответил Рон, смущенный ее ледяным тоном. – Я просто заметил, что во время занятий он пожирал его глазами.

Они замолчали, потому что из аудитории, засунув руки в карманы, вышел Хуан Лебброса. Он улыбнулся им. Уголок переднего зуба у него был отбит. Это придавало его улыбке что-то трогательное и дерзкое одновременно.

– Привет! – поздоровался он. – Идеальный муж – это не совсем я, а?

Он прыснул, погладив кончиком пальца свой перебитый нос. Пейдж отметила, что он грызет ногти. Уэйн дружески хлопнул его по плечу.