Мечтатели Бродвея. Том 3. Чай с Грейс Келли

Лизелот, дорогая, в таких местах не рекомендуется громко кричать.

Прежде чем войти в скромную библиотеку Джин Уэбстер, Лизелот пожелала объехать здание.

Они полюбовались садиком, за которым старательно ухаживала миссис Чандлер, библиотекарша. Сейчас, в начале весны, он расцвел ослепительным хоралом желтого – форзиции, нарциссы, жонкили.

– Пионы еще прячутся в своих зеленых шариках, – послышался голос миссис Чандлер с порога. – Они ждут мая для своего звездного выхода.

Хэдли невольно подумала, что звездой была миссис Чандлер.

Она шла к ним – высокие каблуки, помада, очки-бабочка. Она протянула Лизелот руку. Девочка как будто оробела. Из-за ее пламенеющего корсажа? Корсажи миссис Чандлер всегда были такие же яркие, как и ее губная помада. Сегодняшний, хлопковый, был ярко-абрикосового цвета в пурпурных зажигалках с оранжевыми язычками пламени. Не такой Лизелот представляла себе библиотекаршу.

– Тебе понравились романы, которые Хэдли принесла в прошлый раз?

Девочка взяла сумку, висевшую на ручке кресла, достала из нее книги.

– Я их все прочла, – сказала она. – Они бриошные.

– Бриошные, – повторила миссис Чандлер. – Очень хорошо.

Хэдли объяснила, что на языке Лизелот бриошный – синоним превосходного. Бисквитный же означал прямо противоположное.

– Понятно, – сказала миссис Чандлер очень серьезно. – Мы с братом тоже изобрели наш собственный язык. Родители ничего не понимали, когда он звал меня песть ерсики.

– Что это значит? – спросила Лизелот, заинтересовавшись и больше совсем не робея.

– Песть ерсики? О… Просто-напросто есть персики.

Смеясь, они вошли в библиотеку. Миссис Чандлер заранее положила доску на ступени крыльца.

Библиотека Джин Уэбстер была скромной, и ходили в нее в основном жители этого уголка Гринвич-Виллидж. Но Лизелот онемела от восторга. Километры полок! Полок с книгами! До сих пор ноги ее, вернее колёса, не вступали в такие края! Она даже представить себе не могла места, посвященного исключительно книгам.

Ее оставили у полок с книгами для детей и юношества. И время от времени оттуда слышался смех и радостное «бриошно!».

– Я так рада, что вы пришли с ней, – сказала миссис Чандлер, закончив с девушкой, взявшей четыре романа Эллери Квина. – Вы сегодня не работаете?

Хэдли неопределенно покачала головой, не признавшись, что закрыла раньше времени киоск с блинчиками и содовой на 7-й авеню, в котором работала днем.