Гильдия юристов-аферистов-утопистов и прочих специалистов в рамках законов РФ. Бюро решения проблем

Но как мог Эммануил Маркович отказаться заработать месячный оклад Георгия за час позора? Да и Георгию, потратившему массу денежек на фуршет, проживание зверя в деревне и Монину дружбу, подработка лишней не казалась.

Один раз Моню крепко выручило, а может, и спасло жизнь хорошее образование и знание истории. Да, именно побег Керенского в женском платье надоумил его на представление в военкомате. Вот и сейчас призрак Александра Федоровича пришел ему на ум и, галантно откланявшись, уступил место Шерлоку Холмсу и доктору Леве, однокласснику Эммануила Марковича, непризнанному гению науки, химику-террористу, романтику и психу, не раз повергавшему в ужас ответственных за противопожарную безопасность товарищей своими экспериментами по соединению несоединимых соединений.

Собака Баскервилей! А чем хуже он, громадный волкодав, который в отличие от страшного хищника, безопасный добряк, мечтающий лизнуть пяточку у каждой кошки? И вот раздался звонок в дверь, и на пороге появился Лева. Время еще позволяло, и Лева присоединился к сидящим за столом.

– За успех и за гениев науки!

Это был пятый тост у Георгия и Мони и, признаться, не первый у вновь пришедшего Левы.

– Вы уверены, что эта краска безопасна для собаки? – беспокоился Георгий.

– Однозначно! – ответил химик, и в доказательство своего утверждения достал из кармана баночку снадобья, намазал себе ладонь, смачно ее лизнул, запил коньком, выключил свет и показал друзьям светящуюся ладонь. Выждав полчаса и видя, что Лева все еще жив, здоров, в меру упитан и слегка пьян, Георгий дал «добро».

Зобара обильно намазали волшебной мазью. Моня достал из сумки принесенные на этот случай рога, являвшиеся трофеем Мониного отца – охотника, и еще сегодня утром красовавшиеся в его кабинете над письменным столом. Обмазав их той же краской, товарищи не без труда водрузили светящиеся рога на голову Зобара, потратив на это не одну упаковку марлевого бинта. Затем раскрасил себя и Моня, так как именно он должен был ввести добродушное чудище Британских болот на праздник дочери одного из столпов советской экономики.

Но даже гениальный Эммануил Маркович не был в силах изменить злой рок и все предвидеть. Зобару срочно приспичило облегчиться, и, невзирая на боевую раскраску обоих, Моне пришлось вывести лютого зверя на улицу. На минуту. Но не тут-то было!

Баба Люся, та самая набожная старушка, которая прощалась с жизнью при первичном вое Зобара, не любила толпу.