Голоса возрожденных

Он улыбался во весь рот, посматривая на Са?биса, и чуть ли не пританцовывал.

– Ну что, юный недотрога? Я теперь завидный жених? – кичился старик. А Са?бис еле сдерживал юношеский смех.

Но как только Армахи?л вспомнил про смерть своей подруги, его лицо тут же омрачилось.

Последующий час он потратил на то, чтобы облачиться в черную мантию с желтыми вставками на груди, наметив путь к чете Фи?тбутских. Он знал, что после подношения даров Рэ?хо Ми?рдо наверняка был дома, как и его ненаглядная Порси?за. А потому тянуть с визитом смысла не было.

«Чем быстрее все случится, тем лучше», – думал Армахи?л, даже не отведав Са?биского пирога.

Но этот восхитительный медовый пирог не остался нетронутым. Его за обе щеки уплетал лохматый Кэ?мбис, расхаживая весело по кухне. С ним еще предстояло серьезно поговорить, но, конечно же, позже.

По прошествии часа Са?бис, обойдя ближайших сельчан, нашел по просьбе Армахи?ла скромную повозку, на которой они и отправились к юго-западному побережью Са?лкса. Их возничим был фермерский сын Куто, погоняющий молодого ракута?ра вдаль.

Повозка скрипела, переваливаясь с колеса на колесо, и Армахи?лу приходилось крепче держаться. Такие были времена, кареты пришлось сменить на телеги, а комфорт на экономию.

Проселочная дорога проходила меж полей дозревающей тифи?лии, чей колос красного цвета чуть ли не звенел. В дуновении ветров алые стебли клонились, походя на кровавые волны. И это всегда было завораживающим зрелищем. По обочине дороги собирали опавшие колоски труженицы-крестьянки, кланяясь бывшему советчику.

Казалось, никто больше и не помнил о порицании его склонностей, за которые он заплатил собственной кровью.

Вдали показался пыльный след, быстро приближающийся к нерасторопному экипажу. Ветер уносил пыль в сторону, но даже при этом сложно было понять, кому он принадлежал, пока Са?бис, прозорливый мальчишка, не приложил к глазу самодельный окуляр.

– Королевский экипаж, – сказал он. – Четверка сельгу?тов и гербовая карета.

– А возничий? – спросил его Армахи?л, ерзая на тюке колючей соломы.

Са?бис прищурился, пытаясь высмотреть черты кэру?на, направляющего четверку скакунов. Его черные кудри, от которых старик не мог оторвать глаз, прелестно трепал ветер.

– Хо-хо! – возгордился собой юнец. – Зоркий глаз! За поводьями Гелен, и, похоже, он, как всегда, что-то поет.

– Гелен? – переспросил старик.

– Так точно, – ответил ему Са?бис, аккуратно спрятав окуляр в напоясный чехол.